Всего за 50 руб. Купить полную версию
У меня сегодня очень болит голова Налей водички и накапай вон из того пузырька
А что за лекарство такое? Почему без надписи?
Ты же знаешь, у меня брат врач. Мне помогает. Но не всем надо это знать
Он исполнил просьбу. Отсчитал нужное количество капель. Алёнка как-то быстро уснула. Он чмокнул её в щеку.
Лиз, ну, пошёл я. В субботу зайду
Он, как всегда, раздавая всем по пути шутки и комплименты, дошёл до поста, почему-то не замечая странных взглядов, обращённых на него. От обрушившейся новости присел, обмяк, побледнел и, не говоря ни слова, поспешил к лифту Лиза глядела вслед, а в ушах звучал голос методистки Лёвушкиной «Тридцать семь, тридцать семь, тридцать семь»
Вратарша
Ксюхе 5 лет. Она сидит в воротах в обычной для ДЦП-шника позе: колени вместе, стопы по разные стороны от «пятой точки». Ребята играют в футбол. Среди них её старший брат Лёха и верный друг Пашка, которого она почему-то всегда звала по-взрослому: «Павел», но это другая история
Ксюха ходит совсем плохо Ребята всегда сажают её на ворота, чтоб была «при деле». Пашка всегда «защитник», он не должен во время игры далеко отходить от ворот.
Руки Ксюху тоже плохо слушаются, потому ворота приходится защищать всем телом. Вот Пашка зазевался В такие мгновения она видит только летящий мяч и, каким-то лягушачьим прыжком, кидается на него. А мяч опять бьёт в нос! И опять мама будет жаловаться врачам на слабые сосуды, не ведая истинную причину частых кровотечений из носа. Первый, как всегда, рядом оказывается Пашка, краснея и виновато поглядывая на Лёху за пропущенный мяч. Потом подбегают остальные, растирают замусоленными носовыми платками кровь по девчоночьему лицу
Поиграем? все вздрагивают и оборачиваются на голос, раздающийся над сомкнутыми головами ребят.
Это Сандро. Он из соседнего двора. Где-то на год он постарше Лёхи. В руке, под мышкой, у него кожаный мяч.
Тут взгляд Сандро упирается на перепачканную Ксюху. Лицо его приобретает довольно странное выражение Удивление? Презрение?
Но я с Сандро обводит ребят взглядом и понимает, что не сможет выговорить то слово, которое хотел сказать.
С девчонками играть не буду, цедит он.
Сколько проходит? Миг? Вечность? Лёха с Пашкой молчат. Все знают, если что, они уйдут втроём.
А мы всегда ТАК играем, раздаются голоса, мы на команды давно разбились Саш, ты иди в свой двор
Ксения, занимаясь домашними делами, изредка поглядывает в окно. По улице с воплями носится детвора, среди которой и её шестилетний сын. Сейчас дети почти не играют в футбол Жалко
Его надо любить
Миллион алых роз
«Миллион, миллион, миллион алых роз» неслось по коридору необычного отделения городской клинической больницы Москвы. Ксения, с трудом продирая глаза, дотянулась до электронных часов с подсветкой. 01:37. Уснули только минут 40 назад! У Назико что-то с мочевым, приходилось бегать за санитаром каждые 15 минут.
Голос был мужским, чистым и, как показалось Ксении, знакомым. Она вышла в коридор и застыла в изумлении. По коридору в инвалидном кресле-коляске ехал Ванин Толя, распевая шлягер. Его крашенные в белый цвет волосы были покрыты пеплом и пахли палёным, лицо и руки перепачканы сажей. Он был почти в неглиже Толя кивнул Ксении и широко стал улыбаться медсестре: «Моё почтение, Танечка! Вот я опять здесь. Будь добра, приготовь мне чашечку кофе и раздобудь сигаретку».
Ну, Анатолий Иванович В огне не горишь, в воде не тонешь Сейчас уважу.
Ксюш, ну, что глазёнки круглые-то? Из Склифосовского я Курил, заснул, перина вспыхнула. Слава Богу, до телефона достал, пожарные быстро приехали, двери вышибли А туда привезли, ожогов нет. Стали думать, куда меня деть, квартира ведь выгорела. Решили, что тут не выгонят.
Толь, а что ты поёшь-то?
Так живой! Хоть без дома теперь.
15 метров
Жил Толька, вернее, Анатолий Иванович, как звали его, если учитывать возраст, в центре Москвы, в отдельной 15-ти-метровке. Не случайно отдельной, поскольку, именно благодаря этому факту, у него дома вечно тусовалось множество весьма разношерстного люду. Мебелирована комната была скудно. Стол, стулья, разваливающийся диван или тахта, уже было не понятно, и очень древний сервант с посудою. На кухне тоже был стол, холодильник, а оставшееся от четырёх метров квадратных занимала Толина перина, где он, по сути дела, и жил.
Да! Здесь был ещё стул! Стоял он посередине кухонного пространства так, чтобы не вставая с него, можно было дотянуться до плиты, холодильника, мойки, стола и снять с телефона, стоявшего на подоконнике, трубку.
Толя работал надомником вязал крючком. Когда-то он учился в Гнесенке. Закончил ли?.. Пел он здорово. Разное. Вот только редко
С женой, красавицей-грузинкой Музой, он был в разводе. Но каждый год ездил к ней на отдых в Гагры. Толя изумительно готовил грузинские блюда.
Впервые дома у Анатолия Ксения оказалась с подругой. Была дождливая, промозглая зима. Они забрели к нему на второй этаж. Дверь оказалась открытой. Ещё не видя Толю, услышали его голос:
Да успокойся же ты! Никто тебя родительских прав не лишит! Ведь ты к сектантам не подался. Ну и пусть её носит, а ты теперь ради ребёнка живи