Всего за 164.9 руб. Купить полную версию
Вот тут вы сможете ночевать столько, сколько пожелаете. Кадмон толкнул ногой дверь и показал чистенькую горницу, в глубине которой вздымалась белыми перинами широкая кровать. У нас всегда рады гостям.
Не сомневаюсь. Она благодарно улыбнулась ему.
На что она рассчитывала? Что он оставит их тут одних и уйдёт, дав возможность поговорить наедине?
Хорошо, сказал Бокинфал.
Его порадовала перемена в спутнице. Она ожила, порозовела и уже подумывает о том, чтобы задержаться подольше. Кровать, широкая, но одна, её тоже не сильно смутила. Если так пойдёт и дальше, глядишь, сегодня они уснут в объятиях друг друга.
А этот Сима он тоже здесь живёт?
Сима? Кадмон поморщился. Будь моя воля, я давно бы его пинком под зад выгнал. Раньше он помогал моему отцу, был у него на побегушках. Когда мы перебрались в замок, остался тут за главного. Если мать согласится со мной, я от него избавлюсь. Он на меня тоску наводит. Скрытный, тихий и явно себе на уме. А почему ты спросила?
Просто так. Мне он показался откуда-то знакомым.
Ну, если ты из Обители, то могла, я думаю, видеть его там. Отец время от времени посылал его в этот как вы там это называете Силанэрн.
Однако, поразилась Пенни, внешне оставаясь невозмутимой. Силанэрн, или подземная Зала молчания считалась в Обители местом священным, куда допускались далеко не все Матери. Там проводились их советы, там принимались решения, и туда же был вхож этот Сима? Что-то не верится. Кем же он в таком случае был на самом деле?
Да, может быть, согласилась она. Кадмон, а что там на полу?
Где? Он вошёл в комнату и развёл руками.
Надо срочно поговорить. Вдвоём, процедила Пенни сквозь зубы, пихнув Бокинфала локтём. Вон пятно какое-то возле кровати. Это не кровь?
Нет, это тут когда-то давно вино пролилось. Кровь если и проливалась, то у юных дев да и то на чистые простыни.
Что-то мне нехорошо. Пенни вошла за ним следом и опустилась на мягкий край постели. Голова кружится.
Тэвил! Почему разговоры о крови действуют на них так одинаково? Кадмон сверкнул глазами на Бокинфала, призывая его в свидетели. Приляг. Сейчас принесу тебе нюхательную соль.
Он порывисто вышел, а Пенни торопливо заговорила, стараясь успеть донести до единственного друга главное:
Сима меня знает. Он убийца. Очень опасный. Из-за него чуть не погибла моя бабушка. Он выкрал меня у неё, но мне удалось сбежать. Я понятия не имела, что он тут живёт. Будь с ним очень осторожен. Он всегда вооружён.
Вот, попробуй понюхать, прервал её Кадмон, возвращаясь с дурно пахнущим даже на расстоянии мешочком. Обычно это помогает. Ну что, лучше?
Ей действительно стало лучше после того, как она поделилась своей тайной с Бокинфалом. Который не стал задавать ей вопросов и не изменился в лице, но взгляд его сделался твёрдым и прямым, какой бывает у людей, поглощённых одной-единственной мыслью.
Благодарю. Гораздо. Прости, что доставила столько хлопот.
Вот. Кадмон положил мешочек на видное место. Если вдруг ещё понадобится, пользуйся. В этой комнате нет окон, она почти в середине дома, но зато тут должно быть тепло, так что, надеюсь, она понравится вам не меньше, чем прежним гостям. А теперь, если вы увидели, что хотели, пора возвращаться.
Благодарю. Гораздо. Прости, что доставила столько хлопот.
Вот. Кадмон положил мешочек на видное место. Если вдруг ещё понадобится, пользуйся. В этой комнате нет окон, она почти в середине дома, но зато тут должно быть тепло, так что, надеюсь, она понравится вам не меньше, чем прежним гостям. А теперь, если вы увидели, что хотели, пора возвращаться.
Конечно.
По сеням сновали незнакомые люди. Пенни ожидала обнаружить и привезённое тело бывшего главы этого семейства, но его, очевидно, перенесли в другой дом. Что-то привлекло её внимание в облике некоторых вооружённых мужчин, не принимавших участия в приготовлениях, а взиравших на происходящее с независимостью стражей. Приглядевшись, она вспомнила Каура, своего соседа, которого Сима буквально у неё на глазах превратил в послушного исполнителя своей чудовищной воли. У эти в волосах тоже покачивались коротенькие косички со вплетёнными в них золотистыми шнурками. Что рассказывала про них бабушка?
Она прижалась к Бокинфалу сзади, обняла руками за пояс, и изобразила нежность влюблённой девочки. На самом же деле её губы, касавшиеся его уха, шептали:
Остерегайся воинов с косичками. Это могут быть тауды. Они под властью Симы. Они выполнят всё, что он прикажет, не думая о себе. Не спрашивай! Я знаю, как это бывает. Просто поверь и будь с ними очень осторожен.
Если твоя веста не передумала, ел их глазами Кадмон, у неё ещё есть время присоединиться к Аноре. Я бы сам от горячей баньки не отказался, но, боюсь, мама неправильно меня поймёт. Пенни, вот идёт Мойна. Ступай за ней, а мы займёмся нашими делами.
Очень осторожно, сказала девушка на прощанье и побежала нагонять новую подругу.
О чем это она? встрепенулся Кадмон.
Сомневается в моей верности. Считает, что тут у вас слишком много соблазнов.
Можно подумать, что это мы собрались попариться, а не они. Ладно, пошли проверим, глубокой ли получилась яма.