Всего за 309.9 руб. Купить полную версию
Ты показалась доктору Но разумеется, не показалась. Доктор Хаскел умер. Ты заходила к Расти Эверетту?
Да, заходила. Он сказал, что я скоро поправлюсь.
Ты вся в поту.
Температура еще держится, но уже невысокая. Я могу тебе чем-нибудь помочь, Брен? Она почти что ответила «нет» не хотела нагружать эту бледную, явно больную женщину своими поручениями, но Андреа произнесла фразу, которая изменила ее решение. Большие события зачастую начинаются с малого. Я скорблю по Гови. Я любила этого человека.
Спасибо, Андреа. Не только за сочувствие, но и за то, что назвала его Гови, а не Герцогом.
Для Бренды он всегда был Гови, ее дорогим Гови, и папка «ВЕЙДЕР» стала последним его расследованием. Бренда внезапно решила дать ему ход без дальнейших задержек. Она сунула руку в холщовую сумку и достала конверт из плотной коричневой бумаги с надписью «ДЖУЛИИ ШАМУЭЙ» на лицевой стороне.
Может он полежать у тебя? Короткое время? У меня есть одно дело, и я не хочу брать его с собой.
Бренда ответила бы на любые вопросы, но Андреа не задала ни одного. Просто с отсутствующим взглядом взяла конверт. Наверное, поступила правильно. Сэкономила время им обеим. Опять же этот конверт мог спасти политическое будущее Андреа.
С радостью. А теперь если ты мне позволишь думаю, мне лучше лечь. Но поспать не получится, добавила Андреа, словно боялась, что Бренда начнет возражать. Я услышу тебя, когда ты вернешься.
Спасибо. Тебе надо много пить.
Пью галлонами. Можешь не торопиться, дорогая. Конверт будет у меня в полной безопасности.
Бренда хотела вновь поблагодарить ее, но третий член городского управления уже закрыла дверь.
19
Ближе к концу разговора с Брендой желудок Андреа начал трепыхаться. Она боролась с тошнотой, но не могла не проиграть этот поединок. Сказала Бренде, что та может не торопиться, захлопнула дверь перед лицом бедной женщины и побежала в вонючую ванную, а из горла уже доносилось «эрк-эрк».
В гостиной рядом с диваном стоял приставной столик, и Андреа бросила конверт на него. Он заскользил по гладкой поверхности и свалился с другой стороны столика, в темный зазор между ним и диваном.
Андреа помчалась в ванную, поскольку унитаз уже заполняла густая вонючая масса, которая выходила из тела Андреа всю последнюю бесконечную ночь. Она наклонилась над раковиной, и ее рвало до тех пор, пока, казалось, не оторвался пищевод и не вывалился на заблеванный фаянс, еще теплый и подрагивающий. Этого, конечно, не произошло, но мир начало заливать серым, и он уходил от нее, стуча высокими каблуками, уменьшаясь в размерах и становясь нереальным, тогда как она покачивалась и изо всех сил боролась с подступающим обмороком.
Наконец Андреа полегчало, и она вышла из ванной на ватных ногах, одной рукой держась за стену, чтобы сохранить равновесие. Ее так трясло, что женщина слышала стук зубов, и этот ужасный звук не только заполнял уши, но и отдавался в глазах.
Наконец Андреа полегчало, и она вышла из ванной на ватных ногах, одной рукой держась за стену, чтобы сохранить равновесие. Ее так трясло, что женщина слышала стук зубов, и этот ужасный звук не только заполнял уши, но и отдавался в глазах.
Она даже не попыталась подняться в спальню на втором этаже, пошла на застекленное заднее крыльцо. В конце октября на крыльце обычно царила прохлада, но в этот день тепла там хватало с лихвой. Андреа не прилегла на старый шезлонг, а плюхнулась в его пыльные, но такие успокаивающие объятия.
Я поднимусь через минутку, сказала она себе. Возьму в холодильнике последнюю бутылку «Поланд спринг» и смою этот мерзкий привкус во рту
На том ее мысли оборвались. Она провалилась в глубокий и крепкий сон, из которого Андреа не смогло вырвать даже периодическое подергивание рук и ног. Ей снились разные сны. В одном люди, кашляющие и блюющие, бежали от жуткого пожара в поисках того места, где воздух оставался чистым и прохладным. В другом Бренда Перкинс приходила к ней и отдавала конверт. Когда Андреа вскрыла его, из конверта хлынул бесконечный поток розовых таблеток оксиконтина. Проснулась она уже вечером, позабыв эти сны.
И визит Бренды Перкинс.
20
Проходи в мой кабинет, радушно пригласил ее Большой Джим. Или сначала хочешь что-нибудь выпить? У меня есть кола, но, боюсь, она уже теплая. Генератор сдох этой ночью. Закончился пропан.
Но ты, как я понимаю, знаешь, где пополнить запасы.
Его брови вопросительно поднялись.
Метамфетамин, который ты производишь, терпеливо объяснила Бренда. Насколько мне известно из записей Гови, именно его твоими стараниями изготовляют в больших количествах. «В объемах, потрясающих воображение», так он написал. Для этого требуется много пропана.
Едва перейдя к делу, она почувствовала, как исчезла внутренняя дрожь. Бренда даже получала удовольствие, наблюдая, как краска заливает сначала щеки, а потом лоб Большого Джима.
Я понятия не имею, о чем ты говоришь. Думаю, твоя утрата Он вздохнул, раскинул руки с короткими толстыми пальцами. Пойдем в дом. Обсудим это, и, думаю, я сумею развеять твои подозрения.
Бренда улыбнулась. Сам факт, что она могла улыбаться, стал для Бренды откровением, и Гови наверняка одобряет это, наблюдая за ней откуда-то. А также призывает к осторожности. Этому совету она намеревалась последовать.