Всего за 199 руб. Купить полную версию
У меня всё онемело, сообщила Катерина. Особенно рука с фонариком.
Меня разобрало на стёб.
А вы на пианино обычным способом играть не пробовали? спросил я, отрезая накрученые намертво на железный крюк каштановые кудряшки.
Я играю пролепетала она. Ой, падаю!
И Катерина рухнула на меня, еле успел подхватить её и чудом удержался на стуле.
Оу-оу, полегче, хмыкнул я. Я, как вы, в цирковой студии не занимаюсь.
Хотя, по-честному, она и не тяжёлая была. Катерина шевельнулась, и мы снова едва не свалились, как дрова, со стула.
За шею хватайтесь! приказал я.
А то будет сейчас вторая картина маслом и сломанный копчик в придачу.
Краснея от неловкости, Катерина обхватила меня руками за шею. Мы оказались лицом к лицу друг ко другу. Ого глаза какие! А я не замечал, что она такая хорошенькая. Или всё дело в трогательной беззащитности? Или в нежной розовой коже щёчек и смущённо хлопающих ресницах? Не длинных, зато точно не накладных. Молчу уже о том, что грудь её так волнительно коснулась меня, что на мгновение в жар бросило и показалось, что между мной и нею нет моей рубашки, куртки и тонюсенькой, вызывающей маечки.
Я подхватил Катерину под попу, тоже приятную на ощупь, и слез со стула. Она тут же освободилась, правда покачнулась.
Простите, ноги затекли, виновато сообщила моя переводчица, шатаясь.
Не прощу, ухмыльнулся я и, поддержав за талию, усадил на стул рядом. На следующем корпоративе будете на трапеции выступать.
На трапеции?! Её глаза расширились, отчего мне стало ещё веселее.
Ну, или на шесте, продолжал веселиться я, с сожалением отпустив её талию. Попрошу Анжелу обязательно найти заведение с шестом.
Она моргнула, и её лицо выразило неподдельный ужас.
Если свободных шестов не будет, можете, конечно, на пианино сыграть. Но придётся, скорее всего, приносить с собой своё в ресторан. Вы ведь только хардкор предпочитаете? мотнул я подбородком на памятник советской культуре. И тут заметил, что в одной руке Катерина по-прежнему держит бумажный фонарик из Икеи. Положите на пол.
Она неопределённо кивнула и не положила.
Он вам дорог, как память? Невозможно расстаться?
Н-нет, снова моргнула она, р-руку не чувствую Я с-сейчас.
Ну что ты будешь с ней делать? Я выскреб из её ригидных на самом деле пальцев кольцо фонаря, отложил его и взял за руку. Она опять покраснела, как майская роза.
Андрей В-викторович, н-ну з-зачем вы?
Как вас с заиканием переводчиком-то взяли? глумился я, растирая нежные ручки.
Взгляд упал на её босые ноги. Улёт, даже в пальцах ног и том, как она неловко наступила одной ступнёй на другую, было что-то чертовски трогательное. И забавное. Краснела она тоже забавно так и подмывало сказать что-нибудь ещё, чтобы она покраснела и губу закусила смущённо.
Я н-не заикаюсь, ответила Катерина.
А фонарик чего на пол не бросили? поинтересовался я. Его привёз дедушка из далёких морей?
Бабушка, наконец, перестала заикаться наша тургеневская девица. Она была переводчиком с китайского.
Я осклабился:
А чего ж она вам фонарик подарила, а языку не научила?
Научила, ответила Катя.
Настала моя очередь моргать.
Так какого чёрта вы переводите договор с китайцами на английский?
Я знаю язык не идеально, заявило это чудо морское. И диплома у меня нет по нему.
Не идеально это как?
Могу только общаться в быту.
Расскажите мне про свой ремонт на китайском, приказал я.
И Катерина вполне бодро замяукала на языке родины Джеки Чана. Я ничего не понял, но звучало уверенно. Бывают же такие кадры! Некоторые без масла в дырку лезут, ничего не зная, а эта не пользуется таким ресурсом!
Я совершенно не владею экономической и деловой лексикой, призналась горе-переводчица.
Зато я нихау могу сказать, и всё. Я отстранился и скомандовал: Так, в понедельник узнаете, сколько стоят курсы повышения уровня китайского, зайдёте в кадры и выясните, какие нужны бумажки для оформления курса за счёт компании. Потом доложите мне.
Зато я нихау могу сказать, и всё. Я отстранился и скомандовал: Так, в понедельник узнаете, сколько стоят курсы повышения уровня китайского, зайдёте в кадры и выясните, какие нужны бумажки для оформления курса за счёт компании. Потом доложите мне.
Х-хорошо.
И заикаться уже хватит.
Х-хорошо.
Горбатого могила исправит.
Я окинул взглядом свежебетонного вида стены, обои на полу и спросил:
Ремонт, значит? А рабочие когда придут?
Не придут. Я сама
Меня снова пробило меня на стёб:
Опять будете пляски с пианино устраивать?
Зачем?
Ну вряд ли будете клеить обои в прыжке.
Она растерянно уставилась на стены, словно впервые в жизни их видела.
Женщины! Улёт! Никакого рационального мышления. Хорошо, что она у нас не аналитиком работает, уже б прогорели.
Катерина снова покраснела. А я еле оторвал глаза от груди, совершенно непринципиально выступающей из-под маечки на тонких бретельках. Явно натуральная. И такая
Ладно, не торчать же мне тут весь день работа не волк, сама себя не сделает.
Не рекомендую заниматься самодеятельностью, кивнул я на стены. Это явно не ваше. Бросайте свои выдумки и наймите рабочих.
Но я она запнулась.