Всего за 0.01 руб. Купить полную версию
Вот и этот день не был исключением. Гриша повез в торговый центр жену за обновой. Алла была уже на восьмом месяце, и живот вырос весьма существенно. По дороге она неустанно ныла и жаловалась. Григорий не сдержался и наорал на жену, та разрыдалась. Муж потянулся утешить Аллу и потерял бдительность. Машина вылетела на встречную полосу. Удар. Звук бьющегося стекла, визг тормозов.
Любовь была на работе, когда раздался звонок телефона. Она даже вздрогнула, тревожный какой-то звонок.
Алло?
Здравствуйте. Кем приходиться вам Григорий Петрович Мороз?
Мужем. Бывшем мужем.
Ваш муж и его спутница доставлены в Первую Городскую. Дорожная авария.
Они живы?
Были живы, когда скорая увозила. Узнавайте.
Любаша трясущейся рукой отключила телефон и села на стул. Что делать? Куда бежать? Где мальчики? Люба позвонила Наде и наскоро объяснив ситуацию, попросила приглядеть за ее ребятами. Веру беспокоить нельзя, она сама на сносях, поэтому пошла напрямую к Марку. Тот тут же подхватив ее под локоток, повел к машине, и они поехали в больницу. Дорогой молчали, говорить пока было не о чем. Все новости впереди.
Глава 17
Люба стояла у кровати. Бледный, с валившимися глазами, Григорий отходил от наркоза. Прогнозы не утешительные, врачи собирали ему ноги по кусочкам. О том, что он будет когда-либо ходить речи не велось. Травма головы тоже вызывала сомнение, еще не известно во что она могла аукнуться. Одно утешало жить будет! В отличие от его молодой жены, которая скончалась на операционном столе. Девочку, ребёночка, удалось спасти, но поскольку ребенок был недоношенный, был помещен в инкубатор под наблюдением врачей. Любаша уже была у малышки. Сердце щемило от вида ребенка, практически осиротевшего в один день.
Алла, Алла! раздалось бормотание с кровати.
Люба взяла Гришу за руку и сжала, он, почувствовав прикосновение, открыл глаза. Не сразу смог сфокусировать взгляд.
Люба? удивленно прошептал он и облизнул губы, где Алла?
Я тебе дам попить, отодвигая момент, произнесла Любовь. Поднесла стакан к губам, Гриша с трудом, но сделал несколько глотков.
Гриша, Алла умерла, ее не смогли спасти. Мне очень жаль.
А ребенок?
У тебя очаровательная дочка, с ней все в порядке. Она под наблюдением врачей.
Бывший муж закрыл глаза, и сквозь сомкнутые веки скатилась одинокая слеза.
Люба постояла еще какое-то время, затем вышла из палаты. Надо ехать домой, ее уже там не было более суток, очень хотелось есть и спать. Дома ее ждали притихшие сыновья и Надя с мужем. Все выжидательно смотрели на нее. Ничего не скрывая, Любаша обрисовала ситуацию. Макс и Женя подошли и все трое обнялись в горестном сочувствии друг к другу. Потянулись тяжелые дни. Люба регулярно ездила в больницу, навещая как мужа, так и маленькую девочку. И тот и другой шли на выздоровление. Григорий тоже стал посещать дочь, ему купили коляску, на которой он учился передвигаться. Он с ужасом думал о дне, когда его и дочь отпустят домой. Как жить дальше? Он в инвалидном кресле с грудным ребенком? Отказаться от него? От такой ужасной мысли, закравшейся в голову, его даже передернуло. Как-то приехав навестить дочку, он увидел бывшую жену. На ней был защитный костюм, она пеленала девочку, что-то ей щебетала и улыбалась.
Вы знаете, что она хочет удочерить девочку? спросил детский врач, незаметно подошедший за спиной Григория.
Как удочерить? Я же отец!
Она предполагает, что вы вероятно откажетесь от ребенка.
Она ошибается.
Григорий вернулся в палату. Неужели, она могла такое о нем подумать? Да как она не смеет? Да кто она такая? Но потом страсти в голове утихли и память услужливо напомнила, что он недавно сам об этом подумывал отказаться от ребенка.
Гриша, можно к тебе? в палату вошла Люба, нам надо поговорить.
О чем же?
Вас скоро выпишут, тебя и твою дочку. Как вы будете жить?
Это не твоя забота! грубо ответил Гриша.
Ты прав. Но я хотела сделать тебе предложение. Я поговорила с мальчиками, и они меня поддержали. Ты с дочкой должны первое время пожить с нами.
Люба не лукавила. Макс и Женька регулярно навещали отца, и даже изредка заглядывали к малышке. В силу возраста у них отсутствовал интерес к маленькому, но они понимали, что она их сестренка. Об этом также постоянно напоминала мать. На семейном совете было решено, отца с девочкой пригласить к ним. Сообща будет легче ухаживать за обоими.
Григорий Мороз уставился во все глаза на бывшую жену.
Зачем тебе это надо?
Может быть потому, что я не могу бросить отца моих детей в беде?
Глава 18
Тишина. Наконец-то Ирочка угомонилась и заснула. Почти всю ночь, Люба укачивала ребенка на руках. Детская кроватка стояла тут же, в спальне. Так было удобнее вскакивать к малышке. Бывший муж занял большую комнату, из которой максимально выставили мебель, чтобы на коляске удобнее было ездить. Прошло уже два месяца, как все жили под одной крышей. Это было не самое легкое время. Девочку назвали Ириной. Гриша честно пытался ухаживать за ребенком, но не хватало опыта обращения с малыми детьми и неподвижность ног тоже сказывалась. Он не мог так оперативно кинуться к дочке в случае необходимости. И Люба на ночь забирала малышку к себе. Днем же Ирина была полностью под заботой отца, без вариантов. Мальчишки были в школе, а Любаша на работе. Помощников не было. Гриша собрался уже нанять няню, но Любовь Анатольевна возмутилась: