Всего за 0.01 руб. Купить полную версию
Друзья, которые к тому времени все втроем уже остались без полотенец, аккуратно, едва дыша, отнесли ее к столу. Достали литровую банку, в которой обычно кипятили чай. Хорошо еще, что для пробки нужен был нож, а не штопор! Аккуратно срезав крышку, они с превеликими предосторожностями перелили портвейн в банку. Даже с жидким азотом в физлаборатории они обращались менее трепетно, чем с этой бутылкой, которая осталась целой лишь благодаря некой неведомой силе. По всей вероятности, это была сила мысли трех людей, страстно желавших добраться до ее содержимого.
Отметить удачу решили там же, в душе. Поскольку ноги уже отказывались поддерживать наших героев в вертикальном положении, сходили в холл за пластиковыми стульями. Расположились в тех же кабинках. Включили теплую воду, разлили портвейн по кружкам. Выпили. Необыкновенная нега и блаженство наполнили тело каждого. Вот она, нирвана! Жорик выкинул стул и уютно устроился на полу, лежа прямо на резиновом коврике в кабинке. Леха оставался на стуле лишь номинально, ногами он уперся в перегородку, а голова склонилась в угол кабинки. Сверху текли струи горячей воды, приятно лаская разомлевшее, усталое тело.
А знаете, что мне сейчас мешает ощутить абсолютную гармонию? едва двигая пьяными губами, пролепетал Арсений. Вот мы тут все такие отдыхаем, ловим неземной кайф, нас ожидают остатки портвейна. А наш лучший друг Димоня в это же самое время спит. Прикиньте, просто тупо спит! И он не знает, а может быть, и никогда не узнает, что в жизни бывает такое блаженство! Это не по-товарищески! Наш долг приобщить его к сему священному действу!
Ты забыл, что пьяного Димоню разбудить невозможно, вяло возразил Алексей.
Неужели нас остановит такая мелочь?
Откуда-то снизу подал голос Жорик:
Никогда! Мы просто обязаны это сделать! Он должен выпить с нами!
Они вновь замотались полотенцами и вернулись в комнату. Встали вокруг кровати блаженно почивавшего юноши. Тот, ничего не подозревая, мирно сопел во сне.
Вот видите, как ему плохо, сочувственно сопереживал Арсений.
Все согласились, хотя толком не понимали, чем же это, собственно, ему так плохо.
Давайте не будем его будить, давайте сами отнесем его в душ, заплетающимся голосом заботливо предложил Алексей.
Конечно, пьяного Димоню ведь разбудить невозможно, а ну, стаскивай с него одеяло!
Дима сладко кутался и расставаться со столь важным постельным предметом явно не собирался. Ребята не стали с ним спорить. Они совершенно искренне желали другу добра.
Отнесем его вместе с одеялом, пусть ему будет тепло в дороге. А там сразу теплый душ, он даже не успеет замерзнуть. Жорик, бери его за плечи, а ты, Арс, бери за ноги, друзья подняли Димоню вместе с одеялом.
Осторожнее! Жорик, смотри куда ты прешь!
Сам смотри, мать твою! Я ж спиной иду, не вижу ни фига. Давай рули! Димоня, блин, щуплый, а весит как слон!
Ну так нажрался мяса, больше его не кормим!
Да подними ты его повыше, он скоро у тебя по пол цеплять будет!
Димоня что-то бормотал во сне. Георгий крепко держал его за плечи, но сразу от шеи начиналось одеяло, скрывающее все остальное.
Лех, смотри, Жорик несет говорящую голову!
Леха посмотрел на руки Жоры. Иллюзия выходила совершенно полной. Леха и Арсений начали дружно ржать.
Не смешите меня, враги, я и так его еле держу! Жорик согнулся от смеха, и у него упало полотенце.
Леха, смотри, что это за хрень теперь болтается над говорящей головой!
Самый что ни на есть хрен и есть!
Пацаны, кончайте! вопил Жорик, буквально заходясь в приступе смеха. Я не могу больше держать! Сами вы оба-два он и есть! Отвалите от моего хрена!
А ты прекращай долбить им Димоне по лбу! Думаешь, это его разбудит?
Это его в лучшем случае возбу́дит. Да и то я сомневаюсь.
С горем пополам процессия добралась до душа. Диму поставили на ноги. Он открыл глаза, инстинктивно продолжая двумя руками прижимать одеяло к груди. Трое голых друзей стояли вокруг. Адекватности во взгляде Димони не наблюдалось.
Будет нехорошо, если одеяло промокнет, подумал вслух Арсений. Лех, отбирай его, Жор, включай воду!
Козырев мягко подталкивал Диму в сторону душа. Линерштейн пытался отобрать одеяло, Коломинский открывал воду. Зацепин одной рукой судорожно вцепился в последний предмет, все еще связывающий его с теплой, уютной кроватью, другой пытался закрыть воду, отчего она текла то очень горячая, то совершенно холодная в зависимости от того, какой кран в этот момент крутил Жорик. Димоня в тупой прострации вращал оставшийся. Смех и шум разбудил бригадиров. Бригадирами, как правило, назначались аспиранты или студенты старших курсов. Их, конечно, никто не боялся, но все же В дверном проеме душевой появилось два заспанных силуэта.