Кик-боксинг. И крав-мага.
Ты занимаешься крав-магой?
Да, я же израильтянка.
Израильтянка?!! Дэвид уже не знал, чему удивляться.
Тебе это не нравится?
Нет, нет поспешно сказал Дэвид просто Я думал, ты аргентинка.
По отцу. По матери я израильтянка.
Израильский паспорт у нее был с тех времен. Она проверяла не аннулирован, все в порядке.
Их же было двое.
Ну и что?
Так тебя подвезти?
Ну же давай.
Постой
Что такое?
Я я должен как то отблагодарить вас
Тебя. В Израиле нет обращения на «вы».
Хорошо тебя.
Они помолчали
Ты испугался?
Немного если честно.
Она улыбнулась.
Неправда. Ты смелый.
Дэвид нервно усмехнулся.
Да уж. Я в полной мере проявил свою смелость.
Я серьезно. Когда ты увидел их, ты защитил меня. Встал между мной и ими. Морена помолчала и солгала: Для меня никто еще такого не делал
* * *
«РейнджРовер Велюр» идеальное транспортное средство, или, по крайней мере, близкое к таковому она оставила на платной стоянке близ аэропорта Лондон-Сити аэропорта, расположенного в центре Лондона и примечательного тем, что с него, например, летают члены Королевской семьи, если им надо куда-то лететь. С него же летают многочисленные бизнес-джеты, и «рейс 1»: Лондон-Нью-Йорк, Раньше этот рейс выполнял Конкорд, теперь специально переделанный Аэробус-319, изготовленный в нескольких экземплярах только для этого маршрута. Всего тридцать посадочных мест вместо ста пятидесяти и увеличенная дальность полета.
Дэвид летел чартером, вместе с топами нескольких других банков и крупными финансовыми воротилами этого города раньше они все летели бы частными самолетами, но сейчас на дворе не 2000 год, и экономят все, даже топы. Улыбка таможеннику и израильский паспорт израильтян никак не могли подозревать в терроризме помогли ей пройти в посадочную зону, и когда Дэвид, уставший, чуть смурной, в своем безупречном костюме от Эндерсон энд Шепард8 появился в дверях терминала она уже бежала к нему.
Дэвид
Господи, Элис
Он выпустил из рук пакет кажется, там были швейцарские сладости шоколад, чтобы противостоять нападению.
Элис люди же
Плевать.
Она поцеловала его и с вызывающим видом повернулась к группе джентльменов, которые в совокупности владели и управляли имуществом более чем на полтриллиона британских фунтов.
Первым оправился от изумления Гэри МакКлюр, управляющий директор Королевского банка Шотландии.
Надо же с кислой миной заявил он оказывается, на свете еще существует любовь. Я перестал в это верить после развода. Только не помню, после какого по счету
* * *
Элис решительно заявил Дэвид, когда они вырулили со стоянки (она была за рулем) пока мой развод не завершен, мы не должны быть столь публичны.
О, да. Типично британская мораль.
Дело не в этом. Я бы не хотел травмировать Сашу. Ей и так непросто из-за всего этого.
Сашей звали дочь Дэвида. Ей было тринадцать.
Хочешь, я скажу, что на самом деле ее травмирует?
Неправда.
Элис
Эта твоя израильская прямота. Так нельзя.
Можно. Я поговорила с Сашей.
Господи!
Не веди себя так, как будто небо падает тебе на голову. Мы теперь подруги в социальных сетях. Она сказала, что рада за тебя, что ты теперь не один. И написала, чтобы я хорошо заботилась о тебе. Иначе она меня убьет.
Поверить не могу пробормотал граф
* * *
Еще только начиная отношения, они договорились не съезжаться, по крайней мере, до тех пор, пока они оба не будут к этому на сто процентов готовы. Дэвид, наверное, никогда не будет до конца готов пока не будет готова она а ей по многим причинам было удобно жить отдельно и в своей квартире. Так что
Но как любовник он ее более чем устраивал. Настоящий британский джентльмен, трогательно влюбленный в нее. Он ничего не хотел знать лишнего, все время пытался заботиться о ней, опекать. Он никогда не напивался вдрызг, ни разу не поднял на нее руку, они даже не поскандалили по-настоящему ни разу. Когда выдавалось свободное время, они садились в скоростной поезд или на самолет и летели куда-нибудь на континент, на уик-энд. Чаще всего в Париж, хотя за то время, пока длились их отношения они побывали почти во всех столицах Европы. Просто гуляли по городу, как туристы, осматривали достопримечательности, музеи. Ей же на континенте было легче связаться со своими кураторами из французских спецслужб и передать добытые ею материалы. В Лондоне он мягко и ненавязчиво учил ее, как вести себя в обществе, куда ходить, где и во что одеваться, кому жертвовать