Мия Мара - Огненный стяг. Тёмный светоч

Мия Мара

Огненный стяг. Тёмный светоч

Глава 1. Тени прошлого

 Твоё?!

Вопрос кассирши прозвучал нарочито резко. С самого утра ей не давал покоя ноющий зуб, и давно хотелось слить на кого-нибудь раздражение.

Сероглазая девушка в длинной черной куртке на мгновение отвлеклась от музыки в наушниках, и, внимательно посмотрев на кассиршу, кивнула.

Продавщица театрально закатила глаза, цокнула языком и стала небрежно пробивать выложенные на ленту продукты: макароны, хлеб, молоко, пшенку, курицу, пачку чипсов, бутылку колы и две шоколадки.

Она даже не заметила, что зуб перестал болеть.

Проигнорировав все попытки спровоцировать скандал, покупательница аккуратно собрала продукты в пакет, приложила смартфон к терминалу и вышла из магазина.

В лицо брызнул холодный октябрьский коктейль из ветра и мороси. Девушка поежилась, натянула капюшон, спрятав непослушные пепельные локоны, и пошла вдоль домов.

Она не смотрела по сторонам и не вглядывалась в лица прохожих. Её не волновало, что низкое хмурое небо мешает солнечным лучам дотянуться до земли, а прекрасная питерская осень стремительно теряет последнее золото. Красно-желтые листья, влажные и грязные, лениво крутились под ногами, сбиваясь в пестрые кучки, а она равнодушно шагала прямо по ним.

Казалось, окружающего мира просто не существует, и лишь тяжелый пакет, неприятно оттягивая руку, мешал раствориться в музыке и воспоминаниях.

Прошло всего три месяца с тех пор, как её жизнь круто изменилась. Кончилось беззаботное счастливое детство, которое она прежде не особо ценила.

С гибелью матери внутри образовалась пустота, которую пока ничто не могло заполнить. Сейчас она старалась просто жить, день за днем, как робот, механически выполняя школьные задания и поручения наставницы. Жить в той самой пустоте, отгородившись от всего, что могло снова причинить боль. Это был единственный способ вынести случившееся.

Теперь слова наставницы, о том, что и ненависть способна приносить благо, стали ей более понятны. Она ненавидела боль. Любую. И с трудом выносила её даже у других, иногда исцеляя совершенно незнакомых людей по ходу, не раздумывая. Просто, чтобы не видеть, не знать и не думать об этом.

Мокрый ветер забрался под капюшон, и девушка поежилась от тяжелых воспоминаний. В день похорон тоже шёл мелкий тоскливый дождь. И ни у кого не было желания его останавливать.

После битвы с Файяретом она несколько дней была без сознания, а когда очнулась, в доме уже шла подготовка к похоронам. Благодаря успокоительному зелью, которое заставила её пить наставница, она помнила те дни отрывочно, словно сквозь пелену тумана, но со временем смогла восстановить в памяти кое-какие детали.

Самого погребения она не видела великая хранительница категорически запретила всем, кроме себя и Марка Харди, присутствовать там.

Но без прощания обойтись было нельзя.

Перед домом организовали навес и под ним, на помостах, уложили завернутые в саваны тела ведьмы Воды и великого хранителя Дома Земли в обличье медведя-оборотня. Обычные медведи и волки, погибшие в бою, лежали здесь же, рядом со своим покровителем.

Поражало количество прибывших проститься гостей. Это было удивительно, ведь и Маргарита, и наставник вели почти затворническую жизнь.

С самого рассвета из леса вереницей тянулись медведи, волки, косули, бобры и прочая живность. Они шли рядом, не боясь и не нападая, словно заключив временное перемирие. Остановившись перед домом, почтительно склоняли голову, и, не издав ни звука, следовали дальше.

В короткие промежутки, когда стихал дождь, с разных сторон прилетали стаи птиц. Кружили, скорбно шурша крыльями, над самой крышей и улетали прочь.

Со всех концов мира прибывали ведьмы, колдуны и маги разных уровней, так или иначе причастных к Дому Земли. Они появлялись из ниоткуда, стояли несколько минут, опустив глаза в землю, и исчезали вновь.

Всё прощание проходило в полном молчании. И тишина эта была мощнее любого воя. Так магия оплакивала своих детей.

Хорошо, что ей удалось проститься с матерью до начала церемонии. В тот день она проснулась очень рано, за окном еще клубились предрассветные сумерки. Вскоре Анна принесла кружку теплого отвара с медом и велела выпить всё до капли. Потом помогла одеться и проводила к спальне Елены Захаровны, где лежало тело Маргариты.

В комнате уже был отец. Он стоял на коленях возле кровати, уткнувшись лицом в руку жены.