Всего за 149 руб. Купить полную версию
По дорогам смерти и любви
По закатам со смертельными потемками
Там, где чудится: прости и оживи!..
Бродят странники со странными котомками
В ожиданьи смерти и любви.
Под знакомыми февральскими снежинками,
У костра, что выжигает все дотла,
Мы его кормили днями-хворостинками,
А в запасе только дюжина была.
Там, где день идет за год, где маски сорваны,
Ты запомни в пляске бешеной реки
Чуть намеченную тонким светлым контуром
Нашу нежность без касания руки.
Отзвенела ночь отвагой шестиструнною,
С бубенцами у победного крыльца,
Чтобы нежностью то млечною, то лунною
Исцелять бессонные сердца.
Но взметнулись звезды юные, случайные,
Заманили в пляску бешеной реки,
И затмили дни и ночи, ночи тайные,
Нашу нежность без касания руки.
То с распятьем, то с отпетыми мадоннами,
То с иконами у Спаса на крови
Бродят странники со странными котомками
По дорогам смерти и любви.
Краски вчерашнего дня
Гитары плач исповедальный
Чужой весны в чужом раю
Тебя окликнет взгляд прощальный
И вновь у бездны на краю
Гитары плач исповедальный.
О, как легко все потерять!
И только юная фиалка
Гитаре грезится опять,
И гитариста ей не жалко.
По алым лезвиям минут
Матерый волк бежит, хромая.
Где был мой дом чужой уют,
Чужая пристань городская.
Так пожалейте старика!
Вам поцелуй такая малость!
Уж сколько лет моя рука
Коленей женских не касалась.
Любви и нежности порыв,
Закатный луч и шелест платья.
Но лишь гитары стертый гриф
Мне отвечает на пожатье.
Чужой весны в чужом раю
Взгляд промелькнувший миг прощальный
И вновь у бездны на краю
Гитары плач исповедальный.
Не мужик мне нужен, а возлюбленный
Шаг от волшебства до воровства
Доли, одиночеством загубленной
Чьи-то еле слышные слова:
Не мужик мне нужен, а возлюбленный.
Господи, тебе ли выбирать!
Горький луч зашкаливает бешено.
Каждого прими как благодать,
Кем хоть раз согрета и утешена.
Призрачен архангелов полет
В вечную разлуку, в даль обманную
Стрелки часовые крестный ход
В тайную страну обетованную.
И опять во власти колдовства:
Дай отпить из чаши непригубленной!
Горькие, бессонные слова:
Где же ты, мой милый, мой возлюбленный!
Сколько их пришло из темноты?
Сколько отошло порою вешнею?
Гибельной, смертельной красоты
Свечи пред иконою нездешнею.
Не дано ни вспомнить, ни понять
С кем ты закружилась, с кем повенчана?
С кем погибнешь, чья там благодать?
Ой ты, злая доля вековечная!
А когда остынет синева,
Вспыхнут над иконою погубленной
Дивные, бессмертные слова:
Милый мой
желанный мой
возлюбленный
Параскева-Пятница
Вещие, кабацкие струны двух гитар
Пеплом этой ночи отзвенели.
Ты прости, любовь моя, пьяный перегар,
В сердце только вьюги да метели.
Все, что было, кануло нет пути назад.
Боль-тоска без прикупа любви.
Ах вы, ножки девичьи, яблоневый сад,
Юбочки-оборочки твои.
Отзвенят стаканы в первый день весны,
Захлебнутся криком похоронным.
У гитар недаром струны сплетены
С заунывным колокольным стоном.
Параскева-Пятница, свечи у икон,
Ночь-тюрьма без прикупа любви.
Ах вы, ножки девичьи, яблоневый сон,
Юбочки-оборочки твои.
Вещие, кабацкие струны двух гитар
Пеплом этой жизни отзвенели.
У престола вечности, как последний дар,
Догорают звездные метели.
У престола вечности, как последний дар,
Гаснут наши тайны и апрели.
Наполеоновские планы
Наполеоновские планы
Нас манит дерзкая весна.
Сперва нас ждут моря и страны,
Потом нас ждет Березина.
Христос сказал: «За мной, ребята!
Я компас истины нашел».
А Понтий, римский прокуратор,
Ему Варавву предпочел.
Апостол Павел величаво
Рассеет тьму, развеет мрак,
Где инквизитор скажет: «Чао!»
Святой колдунье Жанне ДАрк.
Когда любой валет трефовый,