Всего за 149 руб. Купить полную версию
Поскольку древние книги были большого размера и каждая весила много килограммов, для перевозки такой библиотеки могло понадобиться полсотни запряжённых лошадьми подвод, а, возможно, и больше. Книги в то время ценились очень дорого: каждый экземпляр создавался вручную, на изготовление его мог уйти целый год или даже больше, обложки книг украшали драгоценными камнями, золотом и серебром. Книга могла стоить от нескольких рублей до ста рублей. Это были огромные деньги за десять рублей в годы правления Ивана Грозного можно было купить небольшую деревню вместе с её жителями. Сегодня же ценность этой библиотеки, выраженная в деньгах, просто невозможно себе представить. Как образно выразился один из наших современников, причастный к поискам исчезнувшей библиотеки, человечество за всю свою историю вряд ли заработало столько денег, чтобы их могло хватить для покупки этого книжного собрания.
Нет сомнений в том, что легендарная царская библиотека это не только достояние российской истории и культуры, но и бесценное сокровище всего человечества.
А видел ли кто-нибудь царские книги?
Люди, знающие о библиотеке Ивана Грозного только понаслышке, порой интересуются, а есть ли какие-то свидетельства, подтверждающие сам факт её существования, или всё, что нам известно это только легенды.
Такие свидетельства есть, и, подвёрстываясь одно к другому, они создают настолько убедительную картину, что сомнения в том, что библиотека это не миф, растворяются.
В 1515 году в одном из православных монастырей на знаменитой греческой горе Афон получили грамоту (мы сегодня сказали бы письмо) великого князя Московского Василия III, в которой тот просил направить в Москву известного своей учёностью старца Савву для обратите внимание! разбора книг и перевода текстов с греческого языка на русский книг в княжеской библиотеке. В грамоте была просьба прислать «переводчика книжново, на время». О предыстории той просьбы в первой половине XIX века русский историк Н.М. Карамзин в седьмом томе «Истории государства Российского» написал так: «Василий, в самые первые дни своего правления осматривая богатства, оставленные ему родителем, увидел множество Греческих духовных книг, собранных отчасти древними Великими Князьями, отчасти привезенных в Москву Софиею и лежавших в пыли, без всякого употребления. Он хотел иметь человека, который мог бы рассмотреть оные и лучшие перевести на язык Славянский: не нашли в Москве и писали в Константинополь». Из Константинополя, следовательно, княжескую грамоту перенаправили на Афон.
Но Савва был настолько стар и слаб, что отправить его в дальний путь не решились, а вместо него в 1518 году в Москву прибыл богослов, писатель и переводчик Максим Грек. Он к тому времени получил прекрасное образование сначала в Греции, а затем в Италии и пользовался большим уважением. Радушно встретил заморского гостя великий князь Василий III. И о том, как он знакомил Максима Грека с книжным собранием, давайте снова прочитаем у Н.М. Карамзина: «Увидев нашу библиотеку, изумленный Максим сказал в восторге: "Государь! вся Греция не имеет ныне такого богатства, ни Италия, где Латинский фанатизм обратил в пепел многие творения наших богословов, спасенные моими единоземцами от варваров Магометовых". Великий Князь слушал его с живейшим удовольствием и поручил ему библиотеку».
Н.М. Карамзин не придумал всё это, а использовал сказания о Максиме Греке, или его жития, самые ранние из которых появились уже в конце XVI века, приблизительно через три десятилетия после смерти Максима, то есть очень скоро, по горячим следам, как говорят в подобных случаях. Так, в древнем тексте, известном и нам, и Н.М. Карамзину, говорилось: «Государь великии князь Василеи отверзе царския сокровища древних великих князеи прародителеи своих и обрѣte в нѣкоторых полатах безчисленое множество греческих книг, словенским же людем отнюдь неразумны». Здесь «словенские люди» это русские люди, славяне. Далее в тексте говорится о том, что великий князь, обнаружив такое количество книг на греческом языке, направил в Константинополь патриарху просьбу прислать человека, «могуща истолковати книги з греческаго языка на словенскыи». Патриарх, говорится в житии, на просьбу откликнулся и отправил в Москву инока (монаха) Максима. Это и был Максим Грек. Он был принят великим князем Московским весьма радушно и вскоре после его прибытия в Москву произошло, как повествует житие, вот что: «По мале же времени великии государь приснопаметныи Василеи Иванович, сего инока Максима призвавъ, и вводит его въ свою царьскую книгохранителницу и показа ему безчисленое множество греческих книг». Там же сказано о том, насколько инок был поражён количеством и ценностью книг княжеской библиотеки, а также о том, что Максим Грек «трудолюбно» приступил к их переводу.