Всего за 260 руб. Купить полную версию
Хенрик в задумчивости и не спеша ковылял к своему кабинету. Прохожие, что попадались ему на пути, здоровались с ним, и он отвечал им молчаливым кивком головы.
«Бардак!» думал Хенрик, выстукивая тростью по коридору. Его неравномерные шаги оставляли тихий шелест на каменистой поверхности прохода. Машинально кивнув еще одному встречному, он, наконец, вошел к себе в кабинет. Откинув трость в сторону, Хенрик с трудом плюхнулся в кресло. «Бардак!» вновь подумал он, потирая шрам над глазом. Всякий раз, когда Хенрик прикасался к рубцу бугристому напоминанию его давнего злополучия неизменно накатывали воспоминания. Вот и сейчас они стихийно нагрянули:
В темной ночи раздался скрежет металла по асфальту.
Удар.
Пустынную дорогу огласил звон разбившегося стекла.
Один из осколков рассек бровь, и по лицу тут же потекла теплая струйка крови.
Еще удар, автомобиль перевернулся, и мужчина, сидящий на водительском сиденье, оказался вниз головой повис на ремне безопасности.
«Дэмиан», с заднего сиденья раздался тихий женский стон. Мужчина дернулся и инстинктивно прижал руку к глазам. Яркая вспышка фар проезжающей одиночной машины ослепила его.
Раздался звук тормозов, а еще через минуту стремительный топот ног. Дверца автомобиля со стороны водителя задрожала и со скрипом открылась: крепкие руки вытащили мужчину из покореженной машины.
Вы в порядке? раздалось у него над ухом.
Мужчина кивнул. Оперся на протянутую ему руку и с трудом поднялся на ноги. Вытер сочащуюся по лицу кровь из раны и, покачиваясь, обошел перевернутый автомобиль. Остановился напротив заднего пассажирского сиденья, присел на корточки, затем медленно опустился на колени и заглянул в салон.
Там два обмякших тела, мужчина и женщина, висели вниз головой, удерживаемые ремнями безопасности: женщина, еще живая, но без сознания, а вот мужчина, определенно, мертв его голова свернутая набок под неестественным углом смотрела на женщину пустыми безжизненными глазами.
Избавься от нее, прохрипел выживший мужчина, обращаясь к своему спасителю. Иэ-кх-кх-хе, прерывистый вдох, сопровождаемый кашлем, и найди мальчишку, продолжил он, уняв шаркающий звук гортани. Но для начала, бросив взгляд на перевернутый автомобиль, он криво усмехнулся, все должно выглядеть правдоподобно.
Как скажите, ответил спаситель и с размаху ударил мужчину по колену.
Раздался хруст. Мужчина взвыл от боли, а затем потерял сознание
Нетерпеливый стук в дверь вырвал Хенрика из забытья, а вскоре дверь отворилась, пропуская сначала белобрысую голову, а затем и ее хозяина коренастого качка.
А, Юрий! Проходи.
5
«Ну и ну», в который раз за день удивилась Сара. Увидев на фото Хенрика сдвоенные молнии5, она задумалась а кто на самом деле Хенрик? Для нее он всегда был интеллигентным старичком, у которого при себе имелись интересные и интригующие легенды. А сейчас выходит, что он прямой потомок эсэсовца, «и можно ли теперь ему доверять?»
Сара вышла из кофейни, спустилась по мостовой, свернула в проход и оказалась в холле, ведущем к тронному залу. Пройдя сквозь холл, минуя створчатые двери, за которыми скрывался трон и знамя Ордена, она вошла в один из тусклых коридоров, тот, что вел в лазарет.
Ты вернулась кха-кха-кха, тихим голосом проговорил магистр и его губы дрогнули в подобии улыбки, когда Сара вошла к нему в палату.
Видимо это судьба, раз уж я снова здесь, саркастично ответила девушка. Так что вы хотели мне сказать? она оглядела дряхлого старика: укрытый тонким одеялом, он лежал неподвижно, лишь руки поверх одеяла слегка подрагивали. На левой руке держался катетер от капельницы, к груди старика крепились разноцветные провода и датчики, выводящие на мониторы данные о состоянии здоровья магистра, «как долго он еще протянет?» Затем девушка осмотрела палату: на стене напротив кровати висел тонкий плазменный телевизор, под ним стоял журнальный столик, на котором высилась леопардовая орхидея, возле окна примостилось кресло.
Да, ты права это судьба, протяжный вдох. Не стой там кха-кха Мне трудно говорить, магистр указал глазами на кресло. Он ждал, пока девушка удобно устроится, чтобы вновь заговорить, а Сара не спешила медленно прошла и присела на самый край кресла.