Всего за 114.9 руб. Купить полную версию
В той чимкентской команде играли комсомольцы, партийные и советские работники, сотрудники органов и пролетарии, среди которых выделялись местные кузнецы. О громких победах дед не рассказывал, но в те былинные времена большинство игроков совершенно точно выходили на матч главным образом ради одной лишь тяги к «искусству». Тогда больше ценили игру в себе, а не себя в игре. Хотя и проигрывать любили вряд ли.
А в следующем поколении на футбольном небосклоне Чимкента засветился ещё один наш родственник мой двоюродный дядька Николай Михайлович Пащенко. Который не только играл сам, но и тренировал других, а ещё и судил матчи. Пащенко был одним из первых казахстанских судей, получивших «всесоюзную категорию». Так что ему доводилось быть арбитром и в матчах чемпионатов СССР, и во всесоюзных кубковых играх.
1960-е. Команда ИЯФа перед матчем. Этот стадион давно застроен частными домами. Но футбол в Посёлке чтят и любят доныне.
Как дед играет в футбол, я уже не видал с войны он вернулся инвалидом (подробнее я вспоминал о нём в «весенней» книге), да и его возраст уже не споспешествовал этому увлечению. Но страсть к футболу у него никуда не делась. Из заядлого футболиста дед превратился в азартного болельщика. Болел он всегда «за наших»: за сборную, коли речь шла о международных матчах, за «Кайрат», когда дело касалось чемпионатов Союза.
Болеть за «Кайрат» было непросто. Игра главной команды Казахстана никогда не отличалась какой-то стабильностью, никто не знал, чего ожидать в любом конкретном матче, потому нервозная атмосфера на трибунах была накалена до предела. Но, может быть, как раз за эту непредсказуемость болельщики и любили свою команду. На матчах того «Кайрата» зрители не только до отказа заполняли трибуны самого большого в республике Центрального стадиона в Алма-Ате, но и стояли у кромки поля, сидели на лестницах в проходе и даже заглядывали через решётки с улицы!
Конец 1960-х. Футбольная баталия на стадионе Посёлка. Стадион, кстати, построили своими силами, на субботнике.
Город заметно пустел, как только из окон слышались культовые звуки футбольного марша-пролога. Все непопавшие на стадион поудобнее устраивались перед чёрно-белыми экранами телевизоров, а те, у кого телевизоров не было, погромче выкручивали динамики кухонных репродукторов. Вот потому-то в те дни, когда «Кайрат» играл с наиболее принципиальным противником «Пахтакором» (или, на худой конец «Араратом»), из каждого второго окна слышался один и тот же голос. Знакомый голос всеми любимого комментатора Владимира Толчинского.
С мячом Леонид Остроушко. Длинный пас через всё поле на Тимура Сегизбаева. Сегизбаев рвётся к воротам противника. Передача на Квочкина. Удар. Гол!
Несмотря ни на какие усилия и вливания, невзирая на дорогие трансферы и покупку именитых легионеров, признаем честно, золотое время казахстанского футбола в прошлом. Нет сегодня ни тех харизм, ни тех страстей, ни тех болельщиков, ни тех переполненных стадионов, какие бывали в Казахстане в 60-70-е годы прошлого века. Когда любой болельщик, и даже не болельщик, знал поимённо большинство футболистов «Кайрата».
Владимир Толчинский (слева) с первым президентом Дома Учёных Яковом Грановским.
Владимир Толчинский, без всякого пафоса, считался не только человеком футбола, он был человеком-футболом! Играл сам, учил играть других, судил игры в качестве арбитра (1000 матчей самого разного уровня!), комментировал и анализировал матчи в качестве спортивного комментатора и, наконец, всеми силами создавал и пестовал наш многострадальный «ножной мяч».
Один из активных участников строительства в столице Казахстана «большого стадиона», Толчинский стал его первым директором. Ему удалось привлечь к тренерской деятельности в Алма-Ате самого Николая Старостина, великого спартаковца, прозябавшего в ссылке в Акмолинске. И он же безропотно принял на себя руководство республиканским футболом в те чёрные годы, когда «Кайрат» вылетел из высшей лиги. Говорят, что спасать положение Толчинский пригласил самого Всеволода Боброва.
Середина 1960-х. Стадион Посёлка. Послематчевая разборка. Главный герой нервного разговора Ким Шарапов.