Всего за 259.9 руб. Купить полную версию
Вот так да-а! протянул радостно Лёшка. Всё-таки сумели его сладить мастера? И что там, неужели всё как надо работает? Вы уже и испытали его, небось, признайтесь, не смогли удержаться?
Так точно, ваше благородие, бьёт он отменно! тряхнул головой Василий. Кажный стрелок, он, конечно же, под себя любое ружжо пристреливает, но и так уже понятно, что всё в ём очень даже хорошо работает. Мы ведь эту механизму замка раз пять, а то, небось, и все шесть, пожалуй, по винтику разбирали да собирали, пока всё в аккурат там не стало работать. Даже не сумлевайтесь, вашбродь, ни в жизнь не подведет он нашего Афоню! Не хужее заводской сборки штуцер теперь будет работать!
Да я и не сомневаюсь, улыбнулся Егоров. Молодцы, сразу видно мастера от Бога! Говорите, завтра уже к утру его можно будет в дело пускать? Ну, вот и давайте тогда на первое утреннее построение вы его с собой и возьмёте. Как раз там воскресенье будет, людей мы до вечера распустим, а сами все вместе зайдём к Афоне да навестим его прямо в избе.
Есть, понял, ваше благородие, кивнул Василий. Завтра с утра мы его, значится, с собой приносим. А как вручать-то его Афоньке будем? Он же ведь даже и носа пока на улицу не кажет и не разговаривает покамест ни с кем?
Да мы и не будем с этим спешить, покачал головой Егоров. Как его душа сама пожелает, так пусть и будет. Всё сами вскоре увидите. У тебя, Василий, ко мне всё?
Так точно! вытянулся егерь. Разрешите идти к месту постоя?
Ступай, а Курту передай, пусть он теперь гренадами основательней займётся. Если вам там от меня какая помощь нужна будет или чего из материала вдруг закончилось, то пусть он всё, в чём только потребность имеется, подробно на бумаге изложит. Нам тех гренад много на весну и на лето понадобится, а вам их вон теперь, приходится ещё и все разные ладить.
Есть передать старшему про гренады! козырнул рядовой и нырнул в ночную темень.
Афонь, я к тебе сегодня с гостями, Егоров зашёл в светлую комнату, где горело аж три больших масляных светильника.
Во-о, погляди, как светло-то у Афоньки тут стало, а вскоре, как на улице, совсем рассветёт, тут прямо-таки как в танцевальной зале у господ будет, пробасил Кудряш, кладя на табурет кулёк с сушёной хурмой. Это тебе сладенького, братец, на-ка вот, откушай на здоровьичко.
Фузей твой я тебе больше не отдать, строгим тоном выговаривал больному Курт. Но взамен оставлять вот этот винтовальный ружей, и он приставил возле кровати блестящий смазкой и отсвечивающий тёмно-жёлтым лаком цевья и приклада штуцер.
Афоня молча, ничего не говоря, глядел на посетителей, затем перевёл взгляд на новое оружие и его губы дрогнули:
Спасибо вам, братцы, он глубоко вздохнул и закрыл глаза.
Пошли, пошли, ребятки, пусть полежит в тишине, а то вы словно медведи к нему вломились, Лёшка подтолкнул рыжего Василия к выходу. Иди, тебе говорю, пусть он спокойно отдыхает!
Прошло воскресенье, за ним понедельник, вторник.
Ну что я хочу тебе сказать, голубчик, Дементий Фомич снял с носа массивные, без заушных дужек очки и подслеповато прищурился. За эти десять дней, что прошли с нашего прежнего разговора, подвижки в душевном здоровье вашего егеря определённо имеются. Особенно они для меня стали заметны вот за эти последние три дня. У твоего солдата, Алексей, появился аппетит, и вчера он у хозяйки, насколько мне стало известно, даже добавки попросил. Две миски каши с мясом он разом сумел съесть. Это я к тому, что его раньше чуть ли не насильно принимать пищу заставляли. По комнате он потихоньку ходит, на вопросы пусть пока и с неохотой, но всё же отвечает. Конечно, не всё здесь так радужно. Слабость у него большая имеется, немощен уж он больно, да и как только я начинаю его расспрашивать о былой службе и к его давним воспоминаниям обращаюсь, то он сразу же в себе замыкается и молчит. Всё-таки нужно его подержать весь этот месяц в постели и ещё внимательно за ним тут понаблюдать. Очень может быть, что это лишь его временное облегчение. Произойдёт с ним какое-нибудь волнительное событие, и кто знает, а вдруг у него и вовсе тогда рассудок помутится? Современная наука ещё слишком слаба в таких тонких материях, как человеческое сознание. Для нас это скорее пока лишь, по сути, философские понятия, и к врачебной практике они ещё совсем мало касательства имеют. Во как! И гарнизонный врач поднял со значением вверх указательный палец.