Всего за 309.9 руб. Купить полную версию
Елизавета Дворецкая
Свенельд. В полночь упадет звезда
Часть первая
Глава 1
Хмурым утром предзимья, под одним из первых снегопадов, в Олегов город Киев въехал великан. Мелкий снег слепил глаза, мешал смотреть, и оттого эта удивительная фигура казалась мороком вестником зимних вьюг; протри глаза, отдерни снеговую завесу и не будет никакого волота верхом на вороном коне.
Но волот был настоящий ростом в четыре локтя с лишним, и снаряжен как на бой в высоком островерхом шеломе с бармицей, в кольчуге, с угорским луком в берестяном налуче, с полным кожаным колчаном стрел, с щитом на седле, а возле пояса у него был угорский же меч и кистень с каменным билом. Конь, хоть и крупный, был все же всаднику не в версту, и вместе они выглядели так, будто обычный человек вздумал прокатиться на черном козле. Но смеха вид путника не вызывал только изумление и боязливый трепет, как перед порождением Темного Света. И пора стояла подходящая сумрачные дни перехода с лета на зиму, когда преграда истончается и в белый свет выходит множество опасных гостей.
Появился великан, как и положено, с закатной стороны, с Моравской дороги. Люди на его пути хоронились за тыны, за углы, за кусты; иные, услышав о чуде, бежали поглядеть поближе и тоже прятались, изумленно ойкнув: и вправду волот! В толпе обычных людей он бы так же бросался в глаза, как конь среди козьего стада. Не замечая изумленной толпы, волот проехал предградья, миновал старый жальник и приблизился к Киевой горе. Осмотрев ее снизу срубную стену на валу, ворота, он будто впервые обнаружил поблизости людей и обернулся.
Все, кто шел за ним в почтительном отдалении, отшатнулись.
Эй, люди добрые! окликнул волот. Голос у него, против ожидания, оказался звонкий, да и бороды не имелось, стало быть, исполин был молод. А что, князь ваш, Олег, на этом пригорочке живет?
Поначалу никто ему не ответил: каждый надеялся, что окрик относится не к нему, больший хоронился за среднего, средний за меньшего
Нет! звонко выкрикнул мальчишка лет восьми-девяти, кажется, единственный, кто без боязни таращил круглые глаза. В этом возрасте любое диво еще воспринимается как должное. Там бояре сидят!
А где же князь? Поди сюда, воробей, не бойся! Волот улыбнулся, и его румяное лицо показалось даже миловидным.
А князь вон тама! Мальчишка показал на Олегову гору. Подалее проехать!
Дорогу покажешь? А я тебя на коне прокачу.
Взаправду?
А то как же?
Не лазь, малец, опасливо предостерегли из толпы.
Но мальчишка, не слушая, подошел к волоту, продолжая зачарованно его разглядывать. Еще бы у того все было больше, чем у людей, от черевьев до шлема. Каждый из его поршней был так велик, что иная баба могла бы в нем белье мыть, как в лохани.
Давай! Волот протянул руку ладонь была с хорошую миску, подхватил мальчишку и посадил перед седлом.
Как тебя звать?
Веляк.
Волот хмыкнул от этого несоответствия имени и его обладателя[1].
Ну, поехали!
Веляк названный так, надо думать, в надеждах на будущее, а пока щуплый, белобрысый мальчик с покрасневшим от холода носом, в потертом заячьем кожушке, сидя перед великаном, напоминал воробья.
На одну ладонь положит, другой прихлопнет, пробормотал кто-то в толпе.
На один зуб ему придется!
Матери-то скажите!
Это чей был?
Да Белегостя-кожемяки.
Смотреть за дитем некому, вот и попал
Между киевскими горами теснились дворы, сады, огороды, и конь шел шагом, иначе подавил бы народ. Порой попадался воз, чей хозяин, завидев едущего навстречу доспешного[2] волота, замирал в изумлении, и тому приходилось придерживать коня и ждать, пока встречного добрые люди вытолкают с дороги. То и дело доносились выкрики, кто-то приседал, прячась за плетнем, чтобы тут же выглянуть опять: любопытство пересиливало страх.
Ой божечки!
Князю скажите! За отроками посылайте!
Да он сказал, к князю и едет.
Такие гости не приходят просто так. Что за весть уроженец Темного Света несет князю Олегу, всему Киеву-городу? Вызов на бой? Требование дани? Сватовство Кощея к княжьей дочери?
Сопровождаемый суетой и гулом, волот стал подниматься на Олегову гору. Здесь пошли дворы богатые: Олеговых бояр, воевод и торговых людей. Хозяева выходили к воротам и разевали рты, а потом тоже шли следом.