Всего за 399 руб. Купить полную версию
И Майер поднял руку с покалеченным безымянным пальцем, в которой он держал сигарету.
Камешек? уверенно спросил Оболенцев.
Фамильный! Четырехкаратник голубой воды! Едва с пальцем не взяли
Сочувствую! Но вывезти бриллиант вы все равно бы не смогли.
Майер рассмеялся:
Это мои проблемы!.. И неожиданно жестко добавил: Дело не в камне Поймите, целый город во власти преступников. И они ни перед чем
Вам-то какая теперь печаль? с досадой перебил его Оболенцев. Почему вы умолчали об этом на следствии?
С недоумением посмотрев на Оболенцева, Майер спокойно произнес:
Вы же знаете правила игры и хорошо понимаете, что тот, кто говорит правду, раньше времени плохо кончает. Стоило мне тогда заикнуться об этом вряд ли я бы сегодня разговаривал с вами. Мне кажется, что вы просто упорно не хотите согласиться с тем, что вас обвели, направили по ложному следу, чтобы отвести удар от себя. Кто-то организовал этот гениальный спектакль, а вы вы, я повторяю, сыграли на их интерес!
Оболенцев понял, что Майер сильно тоскует по своей прошлой жизни и, не будь Воркуты, с удовольствием поменял бы сытую Америку на Россию, где он все имел, но все потерял по воле людей, которых возненавидел.
Рудольф Дмитриевич, так же спокойно обратился к старику Оболенцев, все, что вы мне сегодня порассказали, к делу не пришьешь. Кто-нибудь может подтвердить ваши показания?
Под протокол, усмехнулся Майер, мало желающих найдется. Я имею в виду там, у вас Ну, а те, которые выбрались разыщу их, попробую уговорить. Многим из них все равно скоро ответ перед Богом держать.
Ну а с кем посоветуете в Союзе дело иметь?
Майер задумался. Затем, в несколько глотков опустошив чашку с холодным кофе и продолжая смолить очередную сигарету, твердо произнес:
Записывайте! Только обязательно ссылайтесь на меня в начале разговора, а то будут молчать как рыбы!
В таком случае, может, черкнете своей рукой им несколько слов? попросил Оболенцев, доставая из кармана блокнот и ручку.
Майер молча взял их из рук Оболенцева и начал писать адреса и фамилии.
Выйдя из ресторана, они наткнулись на крепкого чернокожего парня. По выражению его лица и жестам трудно было понять то ли он просит милостыню, то ли вымогает деньги. Людей на улице было мало, и Майер без лишних слов выгреб из кармана всю мелочь и бросил ее в коробок, висящий у негра на шее.
И здесь грабят! шутливо заметил Оболенцев.
Я живу в Куинсе. Это старинный район Нью-Йорка, в котором издавна селились немцы, там ничего подобного не увидите. А здесь от этих нахалов прохода нет. Работать не хотят! как бы оправдываясь, объяснял свой поступок Майер.
Затем, приблизившись к Оболенцеву, старик многозначительно заметил:
В таких случаях им лучше что-то бросить, а то не отвяжутся Могут и ограбить Шпана
Да-а иронично заметил Оболенцев, а у нас говорят, что у вас здесь негров вешают.
Майер в тон Оболенцеву тут же полюбопытствовал:
Кирилл Владимирович, поскольку допрос закончен, то, если мне не изменяет память, у меня появилось право задать несколько вопросов, не относящихся к существу дела. Так, по-моему, раньше вы меня учили?
Давайте, безразлично отнесся к этому предложению Майера Оболенцев, все еще находившийся под впечатлением исповеди старика.
Если это не военная тайна, вы здесь по делу? Или как? осторожно осведомился Майер.
Делом это вряд ли назовешь. Я прибыл сюда в составе делегации АСЮ.
Простите, а это что будет?
Это Ассоциация советских юристов. Приглашены мы в Штаты известной, наверное, вам организацией АВА Американской ассоциацией адвокатов, уже более подробно объяснил Оболенцев.
Не понял. Вы что, поменяли место службы? не скрывая удивления, разочарованно спросил Майер, останавливаясь и с недоумением глядя в глаза человеку, на которого он сегодня сделал ставку.
Оболенцев тоже остановился. Поняв волнение старика, он рассмеялся и стал его успокаивать:
Ну что вы, Рудольф Дмитриевич, я все там же и в том же качестве. А в составе делегации есть разные юристы: и адвокаты, и ученые, и политики. Из работников правоохранительных органов нас двое я и Карпец.
Да-да, я знаю, оживился Майер, вместе с Оболенцевым возобновляя движение. Это весьма авторитетная здесь организация. Я недавно читал в газетах, проявил осведомленность старик, что в ланче, устроенном для лиц, приглашенных на Ассамблею, приняли участие многие знаменитости.