Всего за 299 руб. Купить полную версию
Совершенно украинская ситуация, вздохнул отец.
Вот именно. Со своими тараканами. И уже в ход идут идеи о превосходстве каталонской нации, которая может позволить себе все ей, видите ли, положено за годы угнетения А скажи каталонцу, что тут сейчас ущемляют права испаноговорящих, он тебе скажет, что это не проблема каталонцев. Вот так изящно. Они замкнулись в своих проблемах и считают, что имеют на это полное право, даже когда задевают или обижают других. Они уверены, что им можно, им простительно, это справедливо и нельзя осуждать Можно в разговорах между собой презрительно называть остальных испанцев «потомками андалусской цыганвы» и принципиально не переходить на испанский в разговоре с ними. Это принципиальное «непонимание» языка «поработителей», хотя этот язык один из самых распространенных в мире Зато со счастливой улыбкой говорить на жутком английском
А ты помнишь, что писал об испанском сепаратизме Хосе Ортега-и-Гассет? негромко спросила мать. Еще в 1920 году? Мать преподавала много лет в университетах. И потому ее реплики зачастую носили академический характер. Но эта тема не была для нее сугубо умозрительной. Несколько последних лет она провела в университете Братиславы, а известно, что отношения словаков с чехами, которых словаки называют немцами, весьма напоминают отношения испанцев и каталонцев.
В «Дряхлеющей Испании»? вспомнил Ледников.
Да.
Ну, не буквально
А писал он, что каталонцы жалуются на угнетенное состояние, хотя они самый привилегированный народ Испании. Но нынешняя Испания одряхлела и не может предложить нации ни грандиозного проекта, ни великих предприятий, ни чудесных идеалов И в такой ситуации неминуемо возникает вопрос: а стоит ли нам жить вместе? Ибо жизнь движение вперед, направленное от настоящего в будущее. И только бледных отзвуков пусть и великого, и героического прошлого тут недостаточно. Ну, что-то в таком духе, махнула рукой, словно стесняясь чрезмерного пафоса, мать.
Пусть так, но самим-то нужно отвечать за себя, за то, что вами двигает При этом, наверное, нужно еще оставаться приличными людьми. А то все и всех засовывают в свой узколобый национализм, как в испанский сапог. И попробуй в нем уйти далеко.
Глава 4
Poner sal en la mollera
Насыпать соль на затылок (вправлять мозги)
В какой-то момент он, видимо, заснул. Потому что вдруг увидел в дверном проеме чью-то фигуру и никак не мог понять, откуда она взялась. Человек несколько раз негромко стукнул в распахнутую дверь.
В чем дело? по-испански спросил Ледников. Кто вы? Что вам надо? Подобные загадочные визиты не нравились ему по определению.
Негромкий женский голос ответил по-русски:
Это Лера Согдеева
Вот так. Всего-навсего. Ледников спустил ноги на пол, пригладил волосы.
Только не включайте, пожалуйста, свет! предупредила она. Вот только этого и не хватало сидеть в темноте. И к чему такая таинственность? раздраженно спросил Ледников.
Просто я не хочу, чтобы нас видели вместе.
Кто?
Я вам сейчас расскажу
А это обязательно мне рассказывать? Я что-то не помню, чтобы обещал вам помогать
А мне больше не к кому обратиться.
И вы думаете, это меняет дело?
Но вы ведь не выгоните меня.
Рассчитываю, что вы уйдете сами.
Но выслушать меня вы можете?
Зачем? холодно осведомился Ледников. Вам что, хочется просто высказаться перед кем-то? Вряд ли. Вы не из таких. Значит, вам что-то обязательно понадобится. Не знаю что именно помощь, информация, может, просто совет Но я-то тут при чем?
Тогда, в Лондоне, мне показалось, что вы человек, который не отталкивает руку, протянутую за помощью.
Все зависит от того, чья это рука.
Понятно. Я готова заплатить, если
Послушайте, Лера, я вовсе не частный детектив, который ищет работу. У меня совсем другая специальность. А здесь я и вовсе на отдыхе.
Я знаю. И все же
Ладно, заходите. Пойдемте на кухню, что ли
Вытащив из холодильника бутылку минеральной воды и сделав пару больших глотков, Ледников подумал, что сейчас лучше всего было бы не слушать чужие тайны, а выкупаться в ночном море. Но предлагать сие упражнение нежданной гостье он не стал, потому как это вряд ли входило в ее планы.
Итак, я вас слушаю, сказал Ледников.
Вежливо выслушать и вежливо, но твердо расстаться таков был его немудрящий план. Было ясно, что выпроводить ее просто так не удастся. Она явно настроена изложить свое дело.