Всего за 800 руб. Купить полную версию
В «бандгруппы» входили люди различных возрастов: от 18 до 50 лет. Активными участниками «бандгрупп» были женщины, которые, как правило, являлись родственницами сёстрами, женами, дочерями наиболее активных партизан. Многие «бандгруппы» строились по «родственному принципу». Их костяк часто составляли братья, племянники и дядья, отцы и сыновья. Им «оказывали помощь» друзья, соседи, бывшие сослуживцы. Образование таких групп происходило после возвращения из Германии или дезертирства того или иного лица, который возвращался в родную деревню или хутор, затем уходил в лес и «склонял к активной вооруженной борьбе и грабежам» своих родственников и знакомых, нередко объединяясь с другими подобными формированиями. По архивным материалам можно сделать вывод о большом количестве сочувствующих, которые помогали им, узнавая о передвижении сотрудников правоохранительных органов, размещении войсковых подразделений, подвозе продуктов в магазины, деятельности отдельных жителей и активистов [360].
Согласно Приказа МВД СССР 00158 о приёме, перевозке, расселении и трудоустройстве выселяемых из Псковской области от 1.03.1950 г. [328] на основании Постановления Совета Министров Союза ССР от 29.12.1949 58812201сс [320] из Пыталовского, Печорского и Качановского районов Псковской области выселялись кулаки с семьями, семьи бандитов и националистов, находящихся на нелегальном положении, убитых при вооружённых столкновениях и осужденных, а также семьи репрессированных пособников бандитов, всего 425 семей, составляющих 1563 человека.
В марте 1952 г. были депортированы «иннокентьевцы» и адвентисты-реформисты [98].
Некоторые авторы в число депортированного населения включает и репатриантов. К этой категории лиц относятся (учитываю только людей, в основном, русских по национальности):
военные коллаборанты («власовцы») 283 тыс., декабрь 1944 август 1946 г.
бывшие советские военнопленные 1570 тыс., 19451953 гг.
Расказачивание
Советская депортационная политика началась с выселения белых казаков и крупных землевладельцев в 19181925 гг.
В 1913 г. общая численность населения на территории казачьих войск составляла более 9 млн. человек. Из них к войсковому сословию, то есть к казачеству, к 13-ти казачьим войскам относилось 4,2 млн. человек. По данным 1916 г. на территориях жило: Донского казачьего войска 1,5 млн. человек, Кубанского 1,3 млн., Оренбургского 533 тыс., Забайкальского 264 тыс., Терского 255 тыс., Уральского 174 тыс., Амурского 49 тыс., Семиреченского 45 тыс., Астраханского 40 тыс., Уссурийского 34 тыс. человек. Енисейские и Иркутские казачьи войска, и Якутский казачий полк были учреждены Временным правительством позднее, в 1917 г. [292].
После октябрьского переворота 1917 г., идеологи «мировой революции» объявили казаков «опорой самодержавия», «контрреволюционным сословием». Как писал Ленину один из таких «теоретиков», И. Рейнгольд: «Казаков, по крайней мере, огромную их часть, надо рано или поздно истребить, просто уничтожить физически, но тут нужен огромный такт, величайшая осторожность и заигрывание с казачеством: ни на минуту нельзя забывать, что мы имеем дело с воинственным народом, у которого каждая станица вооружённый лагерь, каждый хутор крепость» [248].
Окончательные цифры убитых и репрессированных казаков до сих пор неизвестны. Однако они огромны. Так, согласно переписи 1926 г. на Дону осталось всего 50,4% казаков (759402) по сравнению с 1917 г. (1507178). На Урале ещё меньше (44%): из 166365 (1916 г.) осталось 73300 (1925). В Оренбургском крае из 672000 после 1920 г. проживало всего 420000 (65%) [338]. «Репрессии первых постреволюционных лет после относительного перерыва на НЭП с новой силой разразились в 19301931 годах, когда было репрессировано и депортировано не менее 300000 казаков. А потом были ещё и 19371938 годы и так далее» [338].
Первые карательные акции против казаков и их принудительные перемещения, были организованы большевиками сразу после октябрьского переворота силами «интернационалистов» (латышей, венгров, китайцев и др.), «революционных матросов», горцев Кавказа, иногороднего (т.е. не казачьего) населения казачьих областей. Это насилие вызвало участие казаков (до того пытавшихся соблюдать подобие нейтралитета в общероссийской сваре) в Белом движении.
Особое место среди подобных мероприятий в ходе реализации политики расказачивания, занимают депортации терских казаков. Общее количество репрессированных терских казаков не установлено до сих пор.