Всего за 219 руб. Купить полную версию
Эти слова сказала Евгения Робертовна на одном из занятий по родам. Она рассказывала о том, как правильно дышать, как проживать схватки и потуги, а ещё ответила на вопрос о том, какие гарантии даёт договорённость с врачом на роды. И мне запомнились эти слова на долгие годы не просто как мнение гинеколога. Я испытала их на собственном опыте, к сожалению, не совсем позитивном.
Роды это совместная работа мамы и малыша. Они не начнутся, пока не готов ребёнок. И врач выполняет лишь роль подсказчика, проводника; он не в силах повлиять на ход родов, если у вас слабый малыш.
Схватки у меня начались, когда я приехала домой с танцев. Да-да! Я танцевала до последнего момента во время беременности. Я не боялась, что малыш получит внешнее повреждение доверяла словам гинеколога после случая с зонтом. Запаниковала я, когда начались схватки! Что, уже началось? Или ещё рано? Что делать-то? Недолго думая, я взяла сумку для родов, и мы с мужем поехали в роддом.
В приёмном покое меня осмотрели и усмехнулись: «Раскрытие ещё небольшое: самое раннее через сутки родишь. Езжай домой!» Я вернулась домой, но уснуть толком не смогла: боль мешала расслабиться.
Я забылась на несколько часов, а наутро ситуация повторилась. Муж ушёл на работу, а я осталась одна и стала названивать маме и подругам; у меня была пара рожавших знакомых, которые жили в других городах и поддерживали эмоционально во время беременности. Мама запаниковала больше моего, да и подруга порекомендовала: «Есть сомнения езжай в роддом. Тренировочные, не тренировочные схватки откуда ты знаешь? Пусть осмотрят! Я трижды ездила, когда начались схватки!»
Дождавшись мужа с работы, я встретила его в постели со слезами на глазах: я не понимала, как считать время между схватками; боль мешала уснуть, я устала и была напугана. С мамой созванивались каждый час. Не знаю, кто больше волновался из нас двоих: мама, пережившая роды и знающая, что это такое, или я не знающая об этом процессе ничего. Муж рассудил так же, как и подруга, и повёз меня в роддом во второй раз.
Там меня осмотрели и снова повторили те же слова. Я была измучена схватками, которые длились уже почти сутки, муж не знал, что со мной делать. И мы в поисках помощи и поддержки поехали к моим родителям. А вот дальше произошло самое интересное!
Наши мамы очень эмоциональные, но активные и предприимчивые женщины, и они за пару часов нашли через знакомых хорошего врача.
Правда, тут возник один нюанс: он работал в пригороде. На квалификацию специалиста это никак не влияет, да и ехать было недалеко по масштабам нашего города.
Но вместо того, чтобы лежать со схватками дома или хотя бы в комфортных условиях современного роддома, я наслаждалась всеми «прелестями» старого совкового здания. Полночь. Чужой город. Обшарпанные койки, отсутствие полотенец и туалетной бумаги в приёмном покое привели меня в ещё более удручающее состояние. Соответствующие нянечки и медсёстры добавили несколько грубых словечек, которые долго всплывали в памяти и ранили.
И в довершении этого «тёплого» приёма меня встретил тот самый врач. Звонок от наших мам застал его по пути домой с ночного дежурства. Он увидел то же самое небольшое раскрытие и недовольно заворчал, что раньше утра я не рожу. Когда он попытался меня осмотреть, я сжалась от боли.
Ну, что ты вся сжалась? Расслабься! Не расслабишься я уйду! Будешь одна рожать! резко и раздражённо гаркнул он.
Это была последняя капля, после которой я расплакалась и решила, что осталась одна со своим ребёнком.
И вот в тот момент мне очень помогли слова Евгении Робертовны о том, что роды это совместная работа мамы и малыша, а врачи лишь помощники. Когда всё идёт в норме они не нужны. Я успокоилась и настроилась рожать сама.
В предродовом отделении стояло четыре кровати, на которых тоже лежали роженицы. Под утро приехала ещё одна дама, повздыхала полчаса и начала истерить, требуя кесарева сечения. Она так громко выражала свои эмоции, что я посмотрела на неё. Девчушке было лет 20 молодой, сильный организм. Терпеть не хотелось, видимо. Честно признаться, она нас развеселила. Мы терпеливо сносили схватки всю ночь, а она только приехала и сразу требовала кесарево сечение. Сил уже не оставалось, хотелось подремать. Крики этой девчушки очень сильно мешали.
Мой врач поспал и вернулся подобревший. Осмотрел меня ещё раз, более терпеливо и бережно; даже пошутил и сказал слова поддержки. В тот момент я ещё раз вспомнила про попытки договориться с небесной канцелярией и усмехнулась. И вдруг начались ОНИ настоящие схватки.