Всего за 100 руб. Купить полную версию
Но это произошло. Когда я проходил мимо этой парочки, взгляд сержанта упал на золотистую крышку коньячной бутылки, и он, бросив руку к козырьку, угрожающе вежливо сказал:
Ваши документы!
Я в недоумении остановился. Что это?! Неужели из-за этой крохотной бутылки? Но почему?! Сколько раз я видел, как рядом с метро, на лавочках, мужики спокойно пили водку, спорили о чём-то, ругались и никто их не трогал! Милиционеры проходили мимо и только посмеивались, а тут Что вообще происходит? Я остановился в двух шагах от сержанта и предоставил ему возможность самому подойти ко мне Да, я ещё, кажется, пытался на него грозно посмотреть! Наивный! Что я о себе вообразил!
Сержант жёстко усмехнулся, протянул ко мне свою длинную руку, крепко взял за локоть и как собаку подтащил к себе. Что такое?! Как он смел?! Дать ему в рожу?! Нет, нельзя, убьют
Ваши документы! повторил сержант. Капитан иронически поглядывал на меня. Он явно был «под мухой»
Я медленно вытащил из кармана членский билет Союза писателей, инвалидную книжку и протянул их сержанту. Капитан перехватил документы: писательский билет оставил себе, а инвалидную книжку отдал сержанту. Сержант быстро осмотрел неинтересный документ и, возвратив, спросил:
Что у вас в кармане? он указал на бутылочку.
Я сказал, что это коньяк.
Капитан, разглядывая писательское удостоверение, пробормотал:
Надо же, я думал бальзам какой-нибудь
И опять уставился в книжку. Сержант странно усмехнулся и спросил меня:
Куда вы идёте?
Я сказал, что иду гулять в центр. Сержант расцвёл садисткой улыбкой и вкрадчиво уточнил:
К Большому театру?
(Для неграмотных сообщаю: у Большого театра собираются и кадрятся весёлые и дружелюбные геи.)
Я потрясенно пробормотал что-то вроде, да бросьте вы, ребята
Милиционеры рассмеялись, и капитан спросил:
А какой у вас псевдоним?
(В удостоверении есть такой пункт псевдоним. Он был пустым.)
Я сказал, что у меня нет псевдонима. Капитан поднял вверх указательный палец и весело сказал:
У тебя будет псевдоним! Ты будешь Стриж!
И он вернул мне книжку. Сержант указал мне на мою бутылочку и сказал:
Спрячьте ваш коньяк. А то ещё подумают, что вы алкоголик. Всего хорошего!
И бросил ладонь к виску. Ошеломлённый, я спрятал коньяк в сумку, отошёл от них на несколько метров и оглянулся. Милиционеры деловито выворачивали карманы какому-то совершенно пьяному однорукому мужичку. Я зашёл в метро, сел в поезд и пытался понять, что со мной произошло. И вот что понял: эти милиционеры, эти весёлые ребята, которые вертели меня в руках как куклу, могли при желании, сделать со мной что угодно. Могли дать мне по очкам, могли потереть меня мордой об асфальт, могли и просто убить. И я уверен ничего бы им за это не было. Я понимаю: боевики, террористы Но зачем издеваться? Стало скучно и резвись как хочешь? Всё дозволено? Ужас унижения душил меня. Я чувствовал себя рабом и жить мне не хотелось.
Известный русский кинорежиссёр, с отчаяния, пытается прикрыть наше ничтожество боевым плащом Дмитрия Донского.
Да, это имя и множество других гениальных, великих имён России будут сиять в веках, а мы останемся тем, что мы есть, до той поры, пока не опомнимся.
12 июня 2002 года.
Только через два года я понял, что происходило тогда у метро Выхино. Понял, почему прекрасным летним днём, весёлые милиционеры обыскивали потрошили, пьяненьких мужичков, бомжеватого вида.
(Меня от весёлости, мужичков на полном серьёзе.)
По телевидению прошла информация, что поймана банда крупных милицейских чинов, полковников и генералов, занимавшихся грабежом, разбоем, вымогательством, насильственным крышеванием Будто бы даже заказными убийствами! В общем вещами, обычными для нашего времени.
Часть вырученных грабежом «средств», измерявшихся сотнями тысяч долларов, милиционеры-бандиты, передавали куда-то «наверх», чтобы иметь прикрытие. Что это за «верх», не уточнялось.
Чтобы убедить МВД в том, что они, эти бандиты, (полковники, генералы), ежесекундно стоят на страже интересов Родины они придумывали всякие хитрые профанации, с помощью которых имитировали серьёзность своей деятельности. В числе этих профанаций была и такая: кто-то из «весёлых ребят», подходил к бомжу, уже почти выпавшему из реальной жизни, и за сто рублей, просил посторожить сумку с «книгами», или с «продуктами». Бомж соглашался. И как только «весёлые ребята» отходили от него, к нему тут же подлетала машина с другими «весёлыми ребятами». Бомжа обыскивали, находили в сумке оружие, патроны, взрывчатку, наркотики и арестовывали. Вот вам, пожалуйста, «террорист»! Вот вам «наркокурьер»!