Через несколько часов она уже была далеко от города. Ирина очень сильно устала эмоционально и ей сейчас необходим был отдых в безопасном месте. С помощью навигатора она нашла небольшой городок, в котором была гостиница и сняла номер на день. Закрывшись в номере, Ирина легла на кровать и отключилась. Как она так быстро уснула, сама не понимала, но видимо эмоциональные переживания были настолько сильны, что ее просто выключило.
Проснувшись она осознала, что наконец избавилась от своих страхов и зависимости от Дмитрия, который оказался тираном и маньяком и вздохнула полной грудью.
Здравствуй, тварь, услышала Ирина голос в комнате. Она посмотрела по сторонам и увидела в углу фигуру мужчины, который сидел немного в тени, но сомнений не было, этой фигурой был Дмитрий.
Как ты здесь оказался? спросила она, после того, как отошла от небольшого шока.
Приехал за тобой, ответил он спокойно.
Но как ты меня нашел?
Ты забыла? Я купил тебе эту машину и она оформлена на меня, а систему GPS никто не отменял.
Все равно, сказала Ирина. Я не хочу иметь с тобой ничего общего, забирай машину и убирайся!
Кто-то осмелел, сказал он поднявшись со стула. Ты разве еще не поняла? У тебя нет больше выбора. Ты моя собственность и сейчас я помещу тебя в особое место, в «банк», где ты проведешь остаток своих дней, ублажая меня и тех, кого я приведу с собой.
Дмитрий подскочил и резким движением ввел какой-то препарат девушке, от чего она через несколько мгновений потеряла сознание.
Следующим, что она увидела была комната, запертая снаружи, а за стенами доносились какие-то странные звуки. Теперь ее судьба была незавидной и девушка это поняла сразу и она заплакала, ей оставалось только плакать.
Запах страха и боли
Когда ее навестил какой-то человек, она без сомнений приняла из его рук воду. Залпом выпила, потому что во рту пересохло, а затем ощутила головокружение.
Очнулась она от дикой боли во всем теле. Она была подвешена и ее били. Боль растекалась по телу, и Ирине оставалось только догадываться, сколько времени она уже висит на цепях, пока кто-то упорно избивает ее тело ремнем.
Теснота. Звуки глухих ударов. Свист ремня и резкая боль в плечах. Снова тишина. И снова резкий свист и удар, теперь по ногам. И снова и снова чередуется тишина, свист и боль.
Ирина вся сжимается от боли и страха. Время тянется неимоверно долго. Трудно дышать, паническая атака заставляет замирать сердце снова и снова.
От каждого нового удара бедняжка дергается, и ей становится еще больнее. Ее руки выкручены в неимоверной форме. Она находится в подвешенном состоянии под самым потолком, прикованная металлическими наручниками, которые закреплены цепями.
Она не может видеть, но все прекрасно чувствует. Цепи держат ее крепко, не позволяя избежать очередной боли.
Цепи скрываются глубоко в потолке. А на этих цепях повисла Ирина, беззащитная и голая. Она не одна в этом страшном и ужасном месте. Кто-то рядом, она чувствует его присутствие. Этот кто-то хлещет ее ремнем по всему телу. От каждого удара она болтается на цепях как колбаска. Кто ее мучитель, она не видит, глаза плотно завязаны, а во рту специальный круглый кляп. Она уже давно не может нормально дышать и глотать слюни, которых накопилось так много, что они текут рекой, как у шарпея.
Как же давно она тут находится? По ощущениям ее бьют уже около двух часов, а может и больше. Этот мужчина работает без устали. И как у него силы остаются? Ей кажется, от этой боли она даже теряла сознание. Ирина пытается вспомнить хоть что-то. В памяти проскальзывают обрывки картинок.
Последнее, что ее память способна выдать, Дмитрий привез ее в какое-то место, а потом ее напоили водой.
А потом тупая боль в желудке и кромешная тьма.
Но вот темнота отступает, и она начинает чувствовать. Чувствует холод и боль. Она понимает, что на ней нет никакой одежды. Пытается пошевелить рукой или ногой, но нет, не может. Кисти онемели, а ноги затекли. Лишь пальцами ног кое-как удается найти опору.
Что с ней происходит? Кто все это сделал с ней? Она не может в это поверить! Ее подвесили к потолку! Говорить тоже Ирина не способна, во рту что-то мешается. Перед глазами все та же тьма, не видит ничего, но слышит звяканье цепей и глухие шаги. Вдруг, как раскат грома, где-то рядом слышит голос:
Очнулась, сучка! Наконец-то!
Шаги приближаются. Он все ближе. Ирина сжимается в комок, насколько это возможно, когда висишь на руках. И тут резко, за волосы ее голову дергают наверх. Холодные пальцы крепко сжимают ее щеки. В лицо ударил резкий запах одеколона и табака. какое мерзкое и ужасное сочетание. Ирина пытаюсь увернуться, но рука держит крепко.