Всего за 419 руб. Купить полную версию
Впечатления бывшего менеджера Боуи Кеннета Питта от дома 4 по Плэйстоу-гроув, между тем, сильно отличаются от отзыва Даны Гиллеспи, а Пегги в его воспоминаниях предстает любящей матерью. «Это был обычный дом в предместье, маленький таунхаус, очень комфортабельный и уютный <> в гостиной которого я сиживал, разговаривая о Дэвиде, а его мать говорила мне: Ты знаешь, он всегда был самым очаровательным мальчиком в нашей округе, которого любили все соседи».
Биограф Кристофер Сэндфорд усложняет семейный портрет. Отец Дэвида «безудержно гордился своим сыном», но при этом был «угрюмым, молчаливым и прижимистым, холодным и равнодушным человеком», постоянно заводившим романы на стороне и имевшим «множество предрассудков множество». Пегги же, в отличие от него, была «шумной, капризной и склонной к резким перепадам настроения», но вместе с тем «замкнутой и отчужденной». Сэндфорд находит цитаты из высказываний Боуи в поддержку этих характеристик: отец «очень любил меня, но не умел это выражать. Я не помню, чтобы он хоть раз дотронулся до меня», а похвалу от матери «было очень трудно получить. Когда я доставал свои краски, она лишь говорила: Надеюсь, ты тут не напачкаешь».
У самой Пегги тоже была версия о происхождении талантов Боуи. В 1985 году она рассказала журналисту, что в три года он проявлял «неестественный» интерес к содержимому ее косметички. «Однажды он накрасился точь-в точь как клоун. Я запретила ему пользоваться косметикой, а он ответил: Но ты-то пользуешься, мама». Эта изящная история удачно перекликается с воспоминанием ее сына о том, как его ругали за баловство с красками, и с его ролями впоследствии: глэм-Боуи, дрэг-Боуи и Боуи-Пьеро. Учитывая то, кем стал Дэвид Джонс, неудивительно, что знавшие его люди, даже мать, склонны рассказывать истории, вписывающиеся в законченную картину, а биографы, в свою очередь, пишут на их фундаменте книги. Наше представление о детстве Дэвида Джонса это смесь документальных свидетельств, вымыслов и полуправды, основанной на знании о том, что случилось с ним позднее. Взрослый Боуи переписывал прошлое молодого Джонса, порой буквально, и те, кто его знал, чаще всего следуют его примеру.