Всего за 169 руб. Купить полную версию
Успокойтесь, пожалуйста, Егор тоже встал и, вытащив из бумажника несколько купюр, придавил их пепельницей. Давайте, я вас отвезу, а то в таком состоянии вы еще попадете в аварию.
Спасибо, кивнула Кира. Меня действительно как-то не по себе.
Ну, не по себе это еще мягко сказано, улыбнулся Егор.
В машине по дороге к дому Кира сидела молча, отрешенно глядя в окно на проплывающий ночной город. Егор пару раз пытался заговорить с ней, но она, видимо, не слышала, погруженная в свои невеселые мысли. Подъехав к дому, Егор увидел скопление пожарных и полицейских машин, полыхавших красно-синими огнями. Кира, как неживая, неловко выбралась из машины и медленно побрела в сторону своего подъезда. Егор немного приотстал, закрывая машину. Когда он догнал Киру, та была уже у подъезда, вход в который перегораживал человек в форме.
Что ж вы, гражданочка, чайничек на плите позабыли и укатили, а газ-то и залило, толстый одышливый полицейский, похожий на старого раскормленного пуделя, стоял перед Кирой, тыча ей в лицо похожим на сардельку пальцем.
Да не оставляла я никакого чайника! уже почти истерически кричала Кира. Я еще пока в своем уме.
А по вас не скажешь, невозмутимо заявил представитель закона. Все наши специалисты определили. Чайник обугленный в кухне валялся, его взрывной волной отбросило. Скажите спасибо, что газа набралось мало, только на кухне ремонтик сделаете да плиту новую купите. Ну да я вижу, вы в средствах не стеснены, он бесцеремонно оглядел Киру с головы до ног. Да и кавалеры ваши, если что, помогут, правда, молодой человек?
Это не мой кавалер, неизвестно зачем сказала Кира.
Да ну? удивился полицейский. А я всегда считал, что, если люди вместе вечером домой возвращаются, значит, они сожительствуют.
Да что вы себе позволяете! Кира резко шагнула вперед и остановилась, удерживаемая Егором за руку.
А вот это вы зря, девушка, ухмыльнулся страж порядка, произнеся слово «девушка» как ругательство.
Да, и кстати, он обернулся. Меньше шляйтесь с мужиками, сидите дома, и ничего не случится! И скажите спасибо своей неисправной проводке. Пробило искру, и ба-бах! А так бы пришлось еще и труповозку вызывать, если бы вы, нагулявшись, домой под утро вернулись, да выключателем щелкнули. Газа бы к тому времени набралось поболее хватило бы и на вас, и на всю вашу квартиру. И еще поблагодарите свою дурную голову, что додумалась оставить один экземпляр ключей домоуправше. Вот это женщина, я понимаю (это, очевидно, относилось к домоуправше Евгении Федоровне слоноподобной женщине, сделанной из пуленепробиваемой стали).
Спасибо за сочувствие, пробормотала Кира вслед удаляющейся весьма откормленной спине. А ключи я бы ни за что не оставляла, если бы эта женщина не вытрясла их из меня путем мелкого шантажа и прямых угроз в мой адрес.
Она взяла протянутый Егором листок с координатами «доброжелателя». «Квашня Фирдоус Эдмундович» было выведено крупными каракулями.
С таким имечком я тоже, наверное, был бы зол на весь мир, заявил Егор, заглядывающий на листок через Кирино плечо и щекотно дышавший ей в лицо.
Ну что, наберетесь мужества и пойдете посмотрите, что осталось от вашей квартиры? осведомился Егор.
Да, пожалуй, вздохнула Кира. Как не тяни время, а когда-нибудь нужно будет это сделать.
Лестничная площадка была пуста очевидно, перепуганные соседи уже разошлись. Дверь в квартиру выглядела так привычно, что Кира успокоилась. «А может быть, мне все это просто приснилось?» подумала она. «Вот сейчас возьму и проснусь, и окажется, что ничего не случилось!» Она постояла пару секунд, как перед прыжком в воду, запасая в легких воздух, и решительно потянула дверь на себя. Нос сразу уловил запах гари и газа. Кира щелкнула выключателем и зажала рот рукой, чтобы не закричать. Еще утром светлая и уютная квартира превратилась в пепелище: обои в прихожей висели обгорелыми клочьями, мебель покрыта толстым слоем сажи, и повсюду грязные следы и мутные лужи. На кухне «пейзаж» был еще хуже: развороченная плита, обрушенные навесные шкафчики, горы разбитой посуды и рассыпанных продуктов.
А вот и виновник аварии, кстати, даже нисколько не пострадавший, хмыкнул Егор, поднимая с пола белый эмалированный чайник.
Кира обернулась, пристально глядя на посудину и, зажав рот рукой, беззвучно опустилась на грязную табуретку.