Всего за 0.9 руб. Купить полную версию
Правда, едва начав карьеру на другой должности, Благов столкнулся с ещё большей несправедливостью и примерил на себя маску воина, который будет надежно стоять на защите правды и никогда не заключит сделки с совестью. Так Михаил и жил, уговаривая богов не сталкивать его с тем выбором, что он не сможет вынести.
По сегодняшнему делу запрос в их департамент поступил вчера. Михаил со своим напарником незамедлительно вылетели. И сейчас, в ожидании местных властей, должны были позавтракать. Вот только напарник никак не спускался.
Благов посмотрел на часы. Прошло всего каких-то пятнадцать минут, которые ему показались вечностью. Михаил не находил себе места и постоянно в мыслях возвращался к обстоятельствам дела.
В станице Тамань загорелся дом. По словам свидетелей поджёг устроил пятилетний местный житель. Мальчик играл с друзьями, сделал непонятный пас рукой, после чего дом загорелся. Дальше показания разнились: «видно ничего не было», «я уже дым увидел», «разящая молния с неба», «сам Перун наказал нерадивого хозяина дома на отшибе».
Мальчишка перепугался, плакал, но вину свою отрицал. До возгорания паренёк называл себя чародеем и грозил всем, что сейчас «всё здесь выжжет, как Император».
Мало ли во что играют дети? У мальчишек всегда будет стремление к игре и войне. И всё было бы нормально, если бы не сгоревший дом. Шло к тому, что это просто детская шалость. Мальчика выпороть. Если вольные, то семью оштрафовать, если крепостные изъять оплату за дом с их князя. Но если окажется, что мальчишка одно из приключений нашей громовержской семьи, здесь уже всё будет не так гладко.
На пороге кафе появился Крышевский. Высокий, плотный, будто медведь. И как сдаёт все спортивные нормативы с таким пузом, непонятно. На целых пятнадцать лет старше. Иногда Михаилу казалось, что они стали напарниками неслучайно. При нём Юра исполнял роль не просто боевого товарища, но и телохранителя. Видимо, Благов-старший настоял, чтобы наследника их славного рода берегли, раз тому не сидится в архиве с бумажками и не заседается в суде. Крышевский без приветствий сел за столик, придвинул к себе остывший завтрак и обратился к Михаилу:
Слышал новость?
Доброе утро, Юра. Нет, не слышал, Благов попытался придать своему лицу полное безразличие. Словно не он смотрел каждые две минуты, то на вход, то на часы.
Доброе, доброе, Юрий вытер рот салфеткой. Вчера скоропостижно скончался князь Велеславский Антон Григорьевич.
Причина?
Не говорят.
Князь был вполне здоров, да и не так стар.
А ещё владелец газет, пароходов и алмазов. Как думаешь, не дружок ли Чернышёв его приговорил?
Фамилия будущего тестя прозвучала довольно неуместно. Михаилу самому было стыдно признаваться, что именно эта мысль первой возникла и у него. Тринадцать лет назад Чернышёв потерял всё. Владения отдали Велеславскому, а тот не отказался. Но вслух Михаил сказал совершенно другое:
Я ничего не думаю, ибо не знаю всех обстоятельств. Наших отправили?
Ага. Не поверишь. Архивный пасюк уже наверняка там.
Это о ком ты так нелестно?
О Громове, разумеется.
Михаил почти не пересекался с Константином Громовым. Племянник императора служил в Тайном Департаменте в другом отделе. Гордо носил звание следователя, но никуда за три года своей службы не ездил и не раскрыл ни одного дела сидел с бумажками. Благов знал, что до работы следователем, Громов служил в авиации. Наверняка по протекторату своего любимого дядюшки. Особых заслуг, казалось, не имел, но награды на груди исправно носил. Не женат. Гриднем был замешан в каком-то скандале, но дело быстро замяли. Почему отправили именно сейчас, на смерть Велеславского, непонятно. Но начальство не даёт отчетов, просто приказывает.
Кажется, ты к нему несправедлив.
Я ни к кому несправедлив. Но любопытно, что ж его решили оторвать от нюхания пыли, да прям из столицы отправить на севера. К тому же, кажется, у нас ещё один род загнулся. Не замечаешь странности?
Поаккуратнее с такими разговорами.
Император не всевидящ, а ты меня не сдашь.
Велеславский не последний в роду, у него есть внук.
Знаем мы того внука. Как же плохо работали наши коллеги, раз какой-то ублюдок выжил.
Юра, мне не по душе эти разговоры.
Тут ведь как Или сердцем черстветь и служить верой да правдой, или голову сложить. Вот вы не боитесь, Михаил Васильевич, что замешкаетесь и пустят вас в расход, а сестричку вашу за какого-нибудь Громова отдадут?