Модест Майский - Страсти по Ангелине. Мелодрама, эротика стр 9.

 Не знаю.  Ангела углубилась в чтение. Не дочитав до середины, она отбросила листок в сторону.

 Вот надоел. Ноет и ноет. Забодал уже своей свадьбой и встречей. Пишет, что сюда приедет. Не знаю, что и делать.

Она задумалась.

 Решай что-нибудь. Если Гена нравится, то оставайся с ним, напиши Юре об этом, а то приедет сюда, чёрт его знает что будет,  посоветовала Рита.

Ангела потянулась за письмом, взяла его и сказала, поворачиваясь к Рите:

 Мне плевать. Встречусь, наверное, с ним у сестры. Отдам ему его магнитофон, чтобы не зависеть, а потом видно будет.

 Сколько ты с Юрой уже?

 Да больше года.

 Не жалко?

Ангела пожала плечами.

 Не знаю, Рита. Я ещё ничего не решила. Потом решу,  сказала она.

Девушки помолчали.

Ангеле Гена нравился. Он был таким внимательным и заботливым, во всём ей помогал, всё для неё делал, о чём бы она его не попросила. Никогда не отказывался присмотреть за детьми.

Когда она впервые увидела молодого человека на территории лагеря рядом с их руководителем, её будто пронзила молния, настолько парень был хорош.

А Юра? А что Юра? Он был где-то там, далеко от неё. А Гена находился рядом, причём в последнее время всегда

Внезапно открылась дверь, и Гена с классической гитарой в руках вошёл в комнату.

 В плавнях шорох, и легавая застыла чутко,  тронул он рукой мягко струны с самого порога.

 Ай да выстрел, только повезло опять не мне,  в два голоса подхватили песню девушки.

 Вечереет, и за озером гоняют утки. Разжирели, утка осенью в большой цене

В три голоса громко запели они, посылая в жаркий июльский день через открытое окно песню. Всё громче и громче, с вдохновением, весело и отчётливо раздавались её слова, доносящиеся до столовой, касались слуха занимающихся приготовлением ужина поваров, и готовящегося куда-то уезжать начальника пионерского лагеря.

ГЛАВА 9 Отпуск

Первого августа в воскресенье Юра после полудня поднялся по серой бетонной лестнице на площадку второго этажа пяти этажного жилого дома и позвонил в знакомую коричневую дверь. Открыла Люда.

 Здравствуйте,  улыбнулся Юра.  Можно к вам?

 Здравствуй,  сказала Люда.  Проходи.

Она отступила немного назад в коридор, пустила его в квартиру, а затем закрыла за ним дверь и спросила:

 А откуда ты?

 А Ангелы разве здесь нет?  в свою очередь задал ей вопрос Юра.

 Нет.

 А где же она тогда? Мы договорились с ней, что встретимся сегодня у вас. Почем её нет?  Юра начинал беспокоиться.  Она сообщила о том, что сегодня приедет?

 Нет,  ответила Люда.  Мы вестей от неё не получали. Ты разувайся и проходи. Раз вы с ней договорились о встрече у нас, то она приедет. Сегодня ведь воскресенье. Может уехать не может. Оттуда где она сейчас находится добираться сюда трудно.

Ангела часто бывала у сестры в гостях, нередко приезжала к ней без всякого предупреждения, так что Люда ничуть не удивилась, узнав, что она сегодня должна появиться у неё.

Юра разулся, прошёл в зал и сел на диван, на котором он спал в свой прошлый сюда приезд, и на котором они были тогда ночью вместе с Ангелой. Бегло обежал глазами комнату.

Изменений здесь не произошло никаких. Та же мебель, те же обои, словом всё так, как тогда, в апреле, при их встрече, лишь с той разницей, что тогда в этой светлой комнате ему было хорошо и радостно на душе, а сейчас его сердце терзала ещё неясная и до конца не осознанная тревога. Она усилилась после неожиданных для него слов Люды.

 Ты есть будешь?  спросила Люда. Она вошла в комнату следом за Юрой и почему-то странно смотрела на него.

 Спасибо, я не хочу.

 Сейчас Гриша придёт. Я не помню точно, по-моему, автобус Ангелы должен скоро приехать, возможно, она будет в нём, пойдёте с ним на автовокзал её встречать. Может, встретите. А если она этим автобусом не приедет, то и не знаю тогда, следующий где-то часов в восемь вечера будет.

 Я думал, что она через город, где она учится, ехать будет, полдня там её прождал, а потом уже сюда приехал,  устало сказал Юра.