Всего за 364.9 руб. Купить полную версию
Первый заплыв, конечно, палубная команда. На них потренировали команду «Внимание! Акулы!». По этой команде все плавающие должны были что есть мочи плыть к сети и взбираться по ней на борт. Норматив 2 минуты! Народ с хиханьками да хаханьками поднялся на борт минут за пять семь! Пришлось читать нотации, что ваша жизнь в ваших руках! Воды Тихого океана в этих широтах уже теплые, живности в них полно, акулы тоже встречались. Наступил черед «кочегарки», это я так называл всех мотористов и электриков, потому что они всегда после вахты вылезали из своих трюмов вечно грязные, чумазые, в масле, в общем, перемазанные, как кочегары. Вся электромеханическая часть нырнула и разошлась кругами рядом с судном. В воде в это время старшим был второй механик. Мы с Акимовым наблюдали за всей этой купальней с крыла ходового мостика, а сигнальщик, он же вахтенный матрос-рулевой с биноклем осматривал кругом, нет ли опасностей в виде акул или еще чего! Командир взял «матюгальник» (это так в простонародье называют ручной мегафон громкоговоритель) и бодро крикнул в него:
Внимание!! Акулы!! По правому борту!! Все на борт!!
Все, кто был за бортом, заработали руками и ногами, развели известную волну и поднялись по сети довольно быстро и надели обувь! Это тоже было правило, тапочки или ботинки, что у кого было, ставились рядком перед спуском человека в воду, а потом все вылезали из воды и надевали свои тапочки. Оставшиеся тапки на палубе говорили о том, что на борт поднялись не все! Я с секундомером засекал время выполнения процедуры «Всем на борт!» и на минуту отвлекся от происходящего на палубе. Истошный вопль второго механика:
Где Жевакин?! Гена?! Это его тапочки?! Второй механик Забелин с тапками в руках метался по палубе, вокруг стояли мотористы и ребята из палубной команды.
Вдруг Саша Белов, вахтенный рулевой, всматриваясь совсем в другую сторону от места купания, крутя ручки бинокля, тихо сказал:
Вон он, гад! Поплыл куда-то! Затем крикнул вниз: Александр Вадимович, он плывет во-о-он туда! и показал всем рукой. «Дед» Бардин рывком скинул с себя рубаху и тапки и бросился прямо с фальшборта в воду. Акимов вырвал из рук Белова бинокль и кинулся на крыло левого борта. Впился линзами в кувыркающиеся в волнах головы старшего механика и моториста Жевакина.
Михалыч, скидывай катер! Быстро!!
Я уже это понял и, крикнув по громкоговорящей связи боцману и палубной команде:
Рабочий катер правого борта на воду! «пулей» летел на катерную палубу.
Мы с Картузовым и мотористом Женькой Крайним прыгнули в катер, быстро запустились и рванули к ребятам на воде.
Мы помчались к Бардину и Жевакину, подпрыгивая на уже разгулявшейся волне, они держались вместе, вроде спокойно. Мощный боцман Картузов вытянул из воды тщедушного Жевакина просто за обе руки прямо в катер, потом вытащили уже вдвоем Бардина, тот все-таки был потяжелее, килограммов за сто, все тяжело дышали, плевались морской водой, устало разместились в кокпите катера, и мы на малом ходу двинулись к «Армавиру». Я правил к правому борту, чтобы зайти под тали и сразу поставить катер на подъем, и только потом посмотрел в глаза Жевакину и заметил их странную серость и отрешенность. Зрачки были расширены, глазницы потемнели, сами глаза были как стеклянные шарики, уставившиеся в одну точку немигающим взором.
Через пару часов в каюте командира собрались все заинтересованные стороны, и док Воронин спросил Жевакина, что случилось, как произошло, что он поплыл в сторону от судна, мог же утонуть.
Они меня заставили!.. тихо произнес Жевакин, и тут всем стало ясно, что мы в первый раз слышим речь Жевакина и что с ним совсем не все в порядке!
Кто заставил?! Что происходит с тобой, Геннадий Иванович?! «дед» Бардин начал выходить из себя.
Они следят за мной Они хотят отравить меня Я боюсь их!.. Гена дернулся всем телом и, обхватив руками свои плечи, быстро заговорил:
Я слышу их, они следят за мной, они постоянно шепчут мне, чтобы я собирался! Они придут за мной завтра, я боюсь их, мне страшно!! Гена подвинулся на диване к переборке (так на флоте называют перегородки или стенки) и вжался в самый угол.
Александр Евгеньевич, похоже, необходима полная изоляция, скорее всего это БГ! Давайте решать, что делать. Пока я размещу его в лазарете и буду лично с ним! Доктор Воронин, почувствовав реальную свою незаменимость в этой ситуации, раскраснелся и взял инициативу на себя.