Сергей Чалый - Наше неродившееся завтра стр 5.

Когда закат сочится меж ветвей,
На землю ночь опустится устало,
Твоя душа встречается с моей,
Тела оставив спать под одеялом.

Для них ведь расстоянья не страшны,
Им не трястись по ямам на повозках.
Ну что там пару тысяч для души?
Не расстоянье так, как слёзки кошкам.

Бывало, ввысь рванутся впопыхах,
Находят как друг друга непонятно.
В любовь играют души в небесах
И порознь возвращаются обратно.

Уверен, там им хорошо вдвоём,
Поодиночке не осиротели.
Они без слёз, не каждый при своём,
Вдвоём идут к одной заветной цели.

Как допытаться у своей души?
Не знаю, у кого просить совета.
Вопрос простой: «Что дальше? Расскажи!» 
Который раз оставлен без ответа.

Мы в грешных мыслях словно в кандалах
И жизнь свою порой бездарно тратим.
И сколько б ни летали в облаках 
Наутро просыпаемся в кровати.

Как редко смотрим на себя извне,
Во многом также не хотим признаться.
Когда душа летает в вышине 
Не хочется порою просыпаться

Ты останешься для меня только памятью,
Не плохой, не хорошей,
                     а просто, как речка, высохшей.
Не с рукой протянутой, не на паперти,
И не веткой шиповника,
                     и не плодово-вишенной.

Ты останешься для меня вехой прошлого
И не будешь радовать,
                     в сон приходя нечаянно.
Кое-что между нами в жизни было хорошее.
Помню днями, ночами
                     ходил как-то неприкаянно.

Ты останешься для меня крыльями сложенной,
Уходящей куда-то прочь,
                     без боли и с радостью.
Да спасибо за всё то, что было прожито.
Не унижай меня,
          если сможешь,
                     искренней жалостью

Ты вышиваешь грусть мою
На лоскутке из сновидений.
А я как вкопанный стою,
Сплетённый будто из затмений.

Не понимая, что вокруг,
Как у судьбы в водовороте.
И заблудившийся испуг
Вдруг промелькнёт на повороте.

Ты вышиваешь чистоту
Всего того, что с нами было.
Но, к сожаленью, поутру
Всё разорвёт рассвета сила.

Ты оставляешь узелок,
Тот, что рождён суровой нитью,
А может быть, отложен срок
Всех наших радостных событий?

Остатки мыслей на крестах распяты,
Осколки чувств растроганы минутой.
Я в вас ошибся, вы не виноваты
В том, что живёте этой жизнью гнутой.

В том, что закралась невесомой глупость,
В том, что любовь слепа, когда в расцвете.
Почти за ласку принимая грубость,
Мечтать боялись осенью о лете.

Как Божий дар сносили униженья.
Коль бьёт, то любит, это ваше право.
До слепоты покорность и смиренье,
А прикрывались правдой и неправдой.

Невосполнимы прежние растраты;
Душа во льду, а вместо сердца камень.
Я в вас ошибся, вы не виноваты,
И не согреть вас нежными стихами.

Изменить не пытаясь прошлого,
Бесполезность приняв отчаянья,
Вам желаю всего хорошего.
В жизни вашей я был нечаянно

Собираясь с пустыми мыслями,
Как честны были мы, вы помните?
А потом сотни строчек письмами
Разбросали в холодной комнате.

Ухмыльнётся другой скептически:
О тоске, что в квартире мечется?
Вами я заболел хронически,
И болезнь, ко всему, не лечится

Никогда не была красивой,

Да, наверное, и не надо.

Никогда не была лживой,
Не сподобилась пересудов.
И вопросом не мучалась, милый,
Чтобы бить иль не бить посуду.

Никогда не делала злого,
Пусть на сердце прохладой осень.
Как могла утешала словом,
Прижимала к груди проседь.

«Некрасивая»,  в спину скажут,
Пожалею калек сирых.
Всех простивши, не взяв сажи,
Сеять буду добро по миру.

Кем была? А была верной,
Радость видела в малом чуде.
Никогда не была стервой,
И не ждите, уже не буду.

За всё мне щедрая награда,
Что вас не будет больше рядом,
Не подойдёте в темноте,
Ловя дыхание и звуки,
В людской взволнованной толпе
Вы не найдёте мою руку.

Вы не махнёте из окна
Каким-нибудь ненастным утром.
Нет, вы не скажете: «Беспутный».
Не ждать вам так же дотемна.

Узнает ласку ваших рук
Какой-нибудь слегка влюблённый,
Любимый вами, покорённый,
Когда-нибудь очнётся вдруг,

Открыв лишь самого себя,
Ладонями виски сжимая,
Он, всё на свете вдруг теряя,
Уйдёт, как крысы с корабля.