Всего за 574 руб. Купить полную версию
План книги
Многие адепты технологий стремятся к быстрой замене людей в областях, где нам не хватает данных и алгоритмов, чтобы эффективно выполнять работу. В то же время политики склоняются к фатализму, привычно жалуясь на то, что регулирующие ведомства и суды не могут поспеть за технологическим прогрессом. В этой книге будет обсуждаться как триумфализм технологического сообщества, так и минимализм политиков и стратегов; задача этого обсуждения в том, чтобы изменить публичное понимание роли государства в культивации технологического развития. Я предлагаю анализ программ развития, демонстрирующий силу нарратива и качественного суждения, управляющих развитием технологий, которые ныне подчинены алгоритмическим методам и количественным метрикам. Основная задача книги извлечь накопленные знания из многих областей и позиций, чтобы представить их общественности, которая получит возможность ими пользоваться. В идеальном случае книга заложит основания для того, что Алондра Нельсон называет «предсказательным социальным исследованием», призванным оформлять технологическое развитие, а не только реагировать на него[80].
Перевод задач в код не просто технологическая задача. Скорее, это приглашение определить то, что на самом деле важно в процессе обучения, в медицинском уходе, уходе за душевнобольными, журналистике и множестве других областей. Хотя есть искушение установить во всех этих сферах простые количественные показатели успеха и оптимизировать алгоритмы так, чтобы они им удовлетворяли (методом проб и ошибок, переработки накопленных данных или за счет применения каких-либо иных стратегий); определение того, что считать успехом или неудачей в подобных областях, остается крайне спорным вопросом. Обосновывать решение каким-то одним показателем значит исключать все остальные. Никто не может «управляться» данными вообще. Некоторые данные имеют значение, но определение того, что считать значимым (а что отвергать в качестве нерепрезентативного), это вопрос политический.
Среди специалистов по этике, занимающихся проблемами ИИ, возникло определенное противостояние прагматиков (которые работают с небольшими и обозримыми реформами вычислительных систем, призванными снизить их склонность к дискриминационным или иным нечестным суждениям) и футуристов, беспокойство которых вызвано развитием неподконтрольных систем и саморазвивающегося ИИ (который, как они опасаются, вскоре станет «умнее» или, по крайней мере, смертоноснее своих создателей людей). Прагматики обычно отмахиваются от футуристов, которых преследуют призраки, тогда как футуристы считают, что задачи прагматиков слишком скучны в своей ограниченности. Я полагаю, что каждая из этих двух сторон нуждается в другой. Страшные предсказания футуристов, вполне вероятно, сбудутся, если мы уже сегодня не будем активно требовать прозрачности и подотчетности автоматизированных систем. Но мы вряд ли справимся с этой серьезной задачей, если не сумеем учесть фундаментальные вопросы человеческой природы и свободы, которые ставят футуристы.
Эти вопросы не новы. Например, еще в 1976 г. специалист по компьютерным наукам Джозеф Вейценбаум спрашивал: «Какие человеческие цели и задачи нельзя в должной мере передать компьютерам? Вопрос не в том, можно ли это сделать, а в том, следует ли передавать машине функцию, которая ранее выполнялась человеком»[81]. Однако вопросы: «Могут ли роботы быть лучше людей?» и «Когда люди не должны использовать роботов?» сами по себе неполны. Почти каждый из нас в своей работе сегодня в определенной мере уже использует автоматизацию, которая начинается с простых инструментов и заканчивается ИИ, заменяющим человека. Более верная формулировка вопросов такова: «Какое социально-техническое сочетание людей и робототехники лучше всего отвечает социальным и индивидуальным задачам, а также ценностям?».
Разбирая ряд кейсов, я дам конкретные ответы на этот вопрос, отстаивая мысль о том, что именно дополнение, а не замена человеческих экспертных знаний искусственным интеллектом позволяет реализовать важные человеческие ценности. В главах 2, 3 и 4 описывается то, как подобный процесс мог бы осуществляться в здравоохранении, образовании и медиа, при этом обсуждение сосредоточено на первом новом законе робототехники, а именно на том, что технология должна дополнять, а не заменять уже существующих профессионалов.