Всего за 399 руб. Купить полную версию
Утопизм определяют как веру в невозможность Царства Божия на земле.
Попробуем дать ему более формальное определение.
Каждая утопия отвечает какой-нибудь назревшей истинной потребности в науке, в социальной жизни, в философии. И всегда заключенная в ней истина является в сильно гипертрофированном виде.
Этим определяется, что для каждого времени есть своя характерная утопия или несколько своих характерных утопий.
Утопия является рабочей гипотезой человечества, облегчающей ему как объяснение накопленных фактов, так и направление его волевых устремлений.
И ни одна утопия рабочая гипотеза не была в свое время бесплодной.
Можно еще утверждать, что только максимально гипертрофированная и раздутая истина заставляет человечество напрягать свою волю. Это является как бы законом человеческого творчества. Человечество всегда предъявляет свои требования к истории с самым сильным запросом. Получив лишь то, что ему принадлежит в меру исторического и культурного роста, оно создает новую утопию, являющуюся новым запросом истории.
Птолемей, утверждая свою систему мироздания, конечно, думал, что он утверждает полноту эмпирической истины. Нам же никак не приходится говорить о том, что его система была только ложью, а скорее мы склонны утверждать, что зерно истины, заключенное в ней, дало возможность накопиться целому ряду фактического материала, послужившего основой для создания Коперниковой системы, тоже, в свою очередь, преодоленной Кеплером[30]. И Кеплерова система, заключая в себе зерно истины, не может быть не преодоленной.
Каждая последующая утопия или рабочая гипотеза относится к предыдущей, как система Кеплера к системе Коперника и как система Коперника к системе Птолемея.
Критическое отношение к данной утопии, а иногда и к самому утопическому методу творчества, возникает тогда, когда утопия в той или иной степени изжита.
Естественно, что буйный ход событий последнего времени разоблачил все элементы гипертрофии в человеческом творчестве. Многое достигнуто, многое отметается. Все пересматривается критически.
Что это значит?
Это значит, что рост человечества стал выше созданных им утопий и человечество нуждается в новой, адекватной его росту и его запросам утопии.
Таким образом, зная тот эмпирически недостижимый предел, к которому стремится все человеческое творчество Богочеловечество, и зная методы, по которым его творчество протекает, рабочие гипотезы, утопии, нам надо определить тот путь, которым шло человечество в предыдущие эры своего развития.
Историческая практика, конечно, ни в одной стадии своего развития не может дать нам полного приближения к сочетанию двух начал Божественного и человеческого.
Лишь первые века христианства период церковных Соборов до некоторой степени оправдывают теорию. Человеческое начало в церкви, в Богочеловечестве, было дано в максимальном своем творческом завершении. Питавшая Византию греческая культура и философия целиком и неразрывно связана с этим первоначальным периодом истории церкви. Более напряженного и громкого слова человечество не создавало тогда.
И это слово сочеталось с благовестием Откровения, создавая совместно единство, приближающееся к воплощению Богочеловечества.
Быть может, период Афанасия Великого[31] период гармонического сочетания Божественного Откровения и человеческой мудрости был воистину золотым веком в истории христианского человечества.
Характерно, что даже в этот золотой век можно уже найти подлинную человеческую утопию.
Творцом этой утопии можно считать Константина Великого[32].
В божественном Откровении было ему предназначено победить крестом.
Человеческая его склонность к утопизму подменила крест мечом, освятила меч.
Теперь, через многие века надо сказать, что в этой рабочей гипотезе, определяющей направление человеческого творчества, был, конечно, элемент все той же гипертрофированной истины. Утверждалась положительная черта в общество- и государство-творении. Вводилось это творчество в систему человеческого благословенного творчества.
Этим самым наносился удар понятию звериной природы государства-общества, полагалась основа проникновению христианства в эту часть человеческого творчества.
После периода первых веков христианства в церкви начался процесс медленного закостенения постепенного перехода в статическое состояние человеческого динамического элемента.