Всего за 149 руб. Купить полную версию
На работе много дел, сегодня был педсовет. Я забрал Лену, и мы поехали в пиццерию. Хотел с дочкой отдохнуть, оправдывался Андрей.
Он знал, что этот пассаж еще больше подольет масла в огонь. Походы в кафе и прочие виды досуга действовали на тещу, как красная тряпка на быка. Поэтому он и сказал это, чтобы вывести ее из себя. Андрею было уже все равно. Впрочем, вел он себя противоречиво. Он не готов был к скандалу, он его и не хотел, но ожидание будущей перепалки, которая была неизбежна, вселило в него силы, и, несмотря на усталость, он был готов напасть первым.
Он опять накормил ребенка на улице, обычным тоном возмущенно высказалась теща.
Эта фраза была уже стандартной в такой ситуации. «Накормил на улице». Даже если в ресторан он отведет все семейство и там подадут шикарное блюдо, она все равно будет считать это улицей.
Я вам приготовила борщ, есть гуляш, пюре, котлеты. Вот Лена салат настругала, а ты перебил аппетит у ребенка. Мы тебе постоянно говорим, что надо ей питаться дома, а не на улице. Зачем ты так поступаешь?
Скандал был неминуем. Иногда слова и та энергетика, которую они несут, переполняют чашу терпения, и даже самый добрый и относительно спокойный человек, который не любит ругаться и всегда старается идти на компромисс, может взорваться и ответить. Андрей чувствовал: сейчас или никогда он должен показать этим женщинам, кто здесь хозяин. И на компромисс идти было поздно, или он просто не хотел, или не знал другого более эффективного способа.
Я поступаю так, как считаю нужным, в горле предательски пересохло. Повисла пауза.
А мы, по-твоему, не знаем ничего? как-то неестественно громко взвизгнула теща.
Андрей, опять ты на выдохе произнесла жена, закатывая глаза и опираясь правой рукой на столешницу.
«Опять играет сцену», пронеслось в голове Андрея. Краем глаза он увидел, что дочь плотнее прикрыла дверь в свою комнату. Началось.
Жена на одном дыхании выпалила, все так же прикрывая глаза и мелко вздрагивая:
Ты все время пропадаешь на работе, не отвечаешь на мои сообщения, звонки, не прислушиваешься к нашим советам, ты как будто в своем мире витаешь. И вот мы просим тебя два раза в неделю забирать Леночку из студии, и ты даже это не в силах сделать.... опять эти слова.... Опять ты своевольно себя ведешь, непростительно, она внезапно сорвалась на фальцет, но пока не зарыдала, а это ожидалось.
Андрея от такого града совершенно незаслуженных обвинений всего передернуло: «Должен, должен, должен И вновь я я я»
Теща пока не вмешивалась, посматривая то на него, то на дочь испытывающим взглядом и недовольно хмурясь. Тем временем Маша, продолжая все больше себя накручивать, говорила:
У меня на работе и так каждый день завал, а на тебя совершенно ни в чем нельзя положиться. Уже больше нет сил, на ее глаза навернулись слезы.
Маша требовательно взглянула на мать. Теща вся напряглась и изготовилась к решительному «броску».
Мама ну что же вы молчите! заплакала наконец.
«Запрещенный прием», печально подумал Андрей, но ничего поделать он не мог. Почти всегда все скандалы завершались именно так, особенно при участии «многоуважаемой» Елизаветы Михайловны. Жена причитала, обвиняла его, не давая и слова в оправдание вымолвить, потом обращалась к матери, начинала плакать, а после
Какой мужик мелкий сейчас пошел, сурово тут же, как по команде, выдала свое коронное теща. Не опора в семье, а только обуза. И опять Машенька плачет, опять у Леночки уроки не учены, а уже поздно, и скоро ночь на дворе. Но что же, я не буду я вмешиваться, но ты, Андрей, думай, что делаешь!
Она досадливо всплеснула руками и с притворным желанием не вмешиваться попятилась, но очень медленно к выходу их кухни. Тем не менее Андрей знал, что она жаждет продолжения и скажи еще хоть кто-то из них хоть одно слово скандал непременно затянется. Но в этот раз кроме чувства вины никаких травм ему нанесено не было. Андрею то ли от усталости, то ли от досады не хотелось ничего говорить, а Маша, внезапно судорожно всхлипнув, со всех ног выскользнула из кухни, даже чуть потеснив мать. Произошедшее остановило «фурию» и заставило действительно засобираться наконец домой. Но она не преминула, застегивая пальто, ужалить напоследок:
Все семьи как семьи, живут душа в душу Ах, а ваша не ожидала я, что ваша кто в лес, кто по дрова, каждый сам по себе.
Андрей так и застыл в недоумении, не зная, что ответить. Злость закипала в нем, и он ничего лучше не нашел, как сказать: