Всего за 399 руб. Купить полную версию
Пришлось подчиниться, тем более что лежаки и впрямь стоили недешево. Хотя деньги у него еще были, но работы пока никакой.
А, ладно, что-то придумается Не буду пока заморачиваться Средиземное теплое море, солнце, горячий песок, ласковая тетушка, которая искренне мне рада, буду пока наслаждаться всем этим.
Он задремал, лежа на животе, и вдруг на спину ему вылилась вода. Он вскочил как ужаленный. Рядом с ним стояла девочка лет пяти и улыбалась совершенно по-хулигански.
Ты чего? Зачем это сделала?
Девочка явно его не понимала. И продолжала улыбаться. Он невольно тоже улыбнулся. Девочка была хорошенькая, темноволосая и темноглазая. Поняв, что незнакомый дядька не сердится, она протянула ему ладошку. Он осторожно пожал ее. Ладошка была в песке. Он заговорил с ней по-английски. Она тоже не поняла.
Манишма[2]! сказал он.
Девочка просияла:
Бесседер, адони![3]
И затараторила на иврите.
Он в растерянности огляделся по сторонам. Девочка вдруг повернулась и припустилась бежать. Он пожал плечами. Не очень-то он умел обращаться с детьми, тем более с иноязычными. Взглянул на часы, пора возвращаться. Солнце уже палит нещадно. Смыв с себя песок под холодным душем, он оделся и пошел домой.
Уже подойдя к дому Игорь Анатольевич на секунду замешкался и вдруг услышал из кустов возле подъезда жалобное мяуканье. Так мяукать может только совсем маленький котенок. Это было даже не мяуканье, а скорее стон. Он раздвинул кусты и увидел котенка. Тот запутался в тонкой проволоке, которой был подвязан куст, и не мог выбраться.
Ах ты господи, бедолага!
Игорь Анатольевич наклонился и осторожно выпростал маленькое тощенькое тельце. Котенок вжался в его ладонь.
Ты что, ничей? Голодный наверное? Что ж мне с тобой делать? он осторожно погладил котенка. А пойдем к тете Розе. Она покормит и присоветует, что с тобой дальше делать Помыть тебя не мешает А может, она тебя оставит, она добрая
Он позвонил в квартиру. Дверь быстро открыли.
Ой, мамочки, где ты взял это чудо? воскликнула Розалия Моисеевна.
Вы не сердитесь, что я его принес? Он в кустах плакал Я не смог пройти мимо
Да ты что, глянь, какой лапочка, тоже рыженький А худенький какой, я сейчас ему молочка налью
И Розалия Моисеевна решительно забрала у него котенка.
Завтра покажем его ветеринару. Ох, смотри, Игорек, как он лопает! Как мы его назовем? Интересно, он мальчик? Глянь, ты же доктор!
Игорь Анатольевич глянул, но ничего не понял.
Да вроде девочка, неуверенно пробормотал он. И глазки, я смотрю, чистые Здоровенький, похоже.
А ты молодец, что взял его. Или ее. Жалко малявку, сил нет Я сейчас его помою
Нет, я сам, неожиданно для себя заявил Игорь Анатольевич. Он взял котенка и понес в ванную, посадил в раковину. Розалия Моисеевна принесла старенькое полотенце. Как ни странно, малыш не сопротивлялся, терпеливо пережил водные процедуры.
Боженьки, до чего тощий причитала Розалия Моисеевна. Ты пока его мыл, я уже записалась на завтра к ветеринару. На одиннадцать часов.
Здорово!
Ох, мы тут с малым завозились, а ты у меня некормленый! спохватилась тетка. Сейчас-сейчас!.. Возьми пока в стенном шкафу обувную коробку, вот тебе сухое полотенчико, и сделай ему гнездышко.
Игорь Анатольевич все исполнил, положил котенка на мягкую подстилку, но тот молча переживший мытье, вдруг опять заплакал.
Ну ты чего? Тебе неудобно тут? Зря! Ааа, ты опять на ручки хочешь?
Котенок продолжал жалобно мяукать.
Игорь Анатольевич взял малыша на руки. Тот сразу же умолк. И вдруг громко замурлыкал. У хирурга с мировым именем в горле стоял комок.
Игорь, иди, все готово! А котенка зачем принес?
Он плакал, на ручки просился.
Видели бы сейчас тебя твои ассистенты Детей тебе надо, Игоречек Вон как расчувствовался от котенка
Да нет, тетя Роза, я с детьми не умею.
И он рассказал тетке про давешнюю девочку на пляже.
Да просто малолетняя хулиганка, рассмеялась Розалия Моисеевна. Видно, ей твоя спина веснушчатая глянулась.
Скажете тоже, фыркнул он.
У них с теткой было договорено, что посуду моет Игорь Анатольевич. Он даже любил это занятие. Под горячей водой руки не дрожали. И вдруг он вскрикнул. Котенок залез под брючину и начал карабкаться по голой ноге.
Ах ты мерзавец!