Всего за 200 руб. Купить полную версию
Но не только факторы размещения и ценности закономерно, и научная мысль меняется сообразно этим факторам от одного технологического уклада к другому. Третий-четвертый циклы это время расцвета изучения транспортных потоков, концепций размещения «на пересечении транспортных путей». Это золотой век отечественной экономгеографии с ее концепцией территориально-производственных комплексов. Символ этого времени Череповецкий металлургический комбинат в точке «встречи» воркутинского угля и кольской руды. За рубежом его аналоги многочисленные портовые комбинаты.
Экономгеография пятого-шестого циклов совсем другая. Инновации более чувствительны к институциональным факторам, чем чугун и сталь, и не удивительно, что именно здесь возвращается внимание к «атмосфере Маршалла», обеспечивающей обмен знаниям, и к институциональным исследованиям в целом. Эволюционная экономгеография, институциональная экономика детище экономики пятого цикла, когда именно институциональные факторы, обеспечивающие возможности или невозможность генерации и усвоения инноваций, становятся важнее месторождений угля, а словосочетание «глобальные трубопроводы» (global pipelines) означает совершенно иное явление обусловленные социальными сетями межконтинентальные потоки знаний и инноваций.
И вот тут мы и возвращаемся к прикладной задаче стимулирования социально-экономического развития стран и регионов. По-видимому, в зависимости от местного набора инфраструктуры, ресурсов (включая человеческий капитал), ценностей нужны разные рецепты. Где-то нужны работы с диаспорами и мигрантами (да, это промышленная политика, точнее, «новая промышленная политика» по Д. Родрику [Замятина, Пилясов, 2015]), а где-то строительство новой железной дороги. Повторим, видимо, можно «привить» и «кремниевую долину» но уж больно это будет дорого и сложно в некоторых случаях (возможно, придется даже и изолировать ее от остальной территории чуть ли не в стиле ЗАТО, а заодно и предусмотреть «внутри» несколько иную институциональную систему2).
Хорошо было бы иметь такую готовую матрицу: вот, допустим, коэффициент Энгеля, свидетельствующий об уровне развития автодорог в таком-то диапазоне; уровень индивидуализма низок, можно развивать конвейерное производство. Или наоборот: есть международный аэропорт, технический университет и самый высокий в регионе уровень продаж велосипедов пожалуй, можно заводить бизнес-инкубатор в сфере IT.
Без подобной «опоры» можно пополнить длинный список примеров неэффективных реформ: когда все усилия властей по запуску новых перспективных отраслей потерпели крах. Самый «хрестоматийный» пример тут, конечно, концепция полюсов роста Ф. Перру: попытка внедрить новые индустриальные предприятия в периферийных европейских районах обернулась тем, за чем закрепилось прозвище «соборов в пустыне» (см. соответствующий также раздел 2.5). Много пишет о таких примерах известный экономист Эрик Райнерт [Райнерт, 2011], приводит их и Джейн Джекобс [Джекобс, 2009], с горечью рассуждая о судьбе знаменитого проекта «Долина реки Теннесси» (см. также раздел 2.9 данной брошюры).
И вот тут-то очень бы нужна была система диагностики, которая, хотя бы в первом приближении, позволила бы диагностировать, какие рецепты лучше пошли бы на этой территории, не вызывая отторжения:
К сожалению, пока нет в мире внятной, полномасштабной систематизации стран и регионов по всему комплексу технологических, институциональных, инфраструктурных факторов. Но нет и к счастью: открывается большой простор для исканий молодых и талантливых.
Надежда ЗамятинаЛитература
1. Грицай О. В., Иоффе Г. В., Трейвиш А. И. Центр и периферия в региональном развитии. М.: Наука, 1991. 168 с.
2. Джекобс Д. Города и богатство наций. Принципы экономической жизни // Новосибирск, НП «Сибирская Гильдия девелоперов и управляющих недвижимостью. 2009. 332 с.
3. Замятина Н. Ю. Культурная среда как фактор инновационного развития: что объединяет «Кремниевую долину» и города советского атомного проекта // Диалог со временем. 2017. Т. 61. 61. С. 235246.
4. Замятина Н. Ю., Пилясов А. Н. Инновационный поиск в монопрофильных городах: блокировки развития, новая промышленная политика и дорожная карта перемен. УРСС Москва, 2015. 216 с.