Всего за 399 руб. Купить полную версию
Ледокол
Воспоминанья о стихии
Ледокол судно не простое, а для тех лет, можно сказать, и вовсе редкое. Это вам не просто корпус с паровой машиной. Здесь все очень сложно: специальные механизмы для закачивания воды, для ее сброса, особая конструкция паровых котлов, специальная обшивка из прочной стали. Да что тут долго говорить, их и было то долгое время два на всю Россию паром-ледокол «Байкал» и он «Ангара».
И если уж говорить откровенно, никто не мог предположить, что Ледокол это не бездушное плавсредство, а вполне себе думающий организм, только металлический. Он чувствовал все, что происходит вокруг, слышал о чем говорят, только сказать ничего не мог. Это умный Ледокол компенсировал своей любовью к команде и особенно к Капитану и старался помогать им чуть больше, чем позволяли ему возможности, заложенные конструкторами и инженерами в далекой Англии, месте его рождения. Настроение и тревоги Капитана ему были по-ледокольному понятны. Но с ними он ничего не мог поделать. Реально ничего. Обычно он помогал Капитану мягким ходом сам «договаривался» с волной, стрелочками на приборах, которые после этого едва-едва подрагивали, а то и вовсе замирали и оживали лишь после стычек с толстым байкальским льдом. Также сам договаривался с шестереночками и рычажками, валиками и винтами, настраивал их, чтобы работали лучше лучшего, когда кто-то из команды очень спешил, к примеру, на семейное торжество (и тогда старпом или боцман с удивлением отмечали, что ход немножко, но убыстряется; они пожимали плечами и списывали все на сложные подводные течения, на уголек, который загрузили в рейс, который горел получше предыдущей партии). Ледокол, только ухмылялся, рыская носом в ледяном крошеве чистой воды, пусть, дескать, думают, что хотят. Его дело рабочее. Если можно было избежать, старался без надобности не лезть на ледовые заторы, по ночам ходил внимательно, сосредоточенно вслушиваясь в каждый звук, сигнализировал механикам о необходимости того, где и что пора смазать, подчистить, подкрасить. Вообщем, чувствовал свою ответственность перед экипажем и морем.
А когда сидишь, как на игле, чем ты можешь помочь Капитану? Что оставалось? Не шуметь и не двигаться, чтобы лишний раз не заставлять Капитана волноваться.
Конечно, по-своему, но корабли, как и люди, делятся историями и новостями. С рождения Ледоколу всегда было интересно, что происходит на море с другими судами. И он жадно слушал каждый гудок проходящего мимо собрата, пытался разобраться в стрекотании телеграфных сообщений, поступивших на борт. Телеграфные аппараты были шумными, и выстукивание каждой буковки позволяло ледоколу узнавать новости одновременно с телеграфистами.
Сейчас, будучи обездвиженным, он вспомнил об ужасной катастрофе на Байкале, о которой говорили все вокруг. Эту новость принес пароход «Яков» 20 октября 1901 года в 11 часов утра. Следуя из Верхнеангарска, он зашел в Малое море при сравнительно тихой погоде. На буксире у «Якова» было судно «Потапов» пароходства наследников Немчинова, груженое 519 бочками соленой рыбы, на этом же судне возвращались с рыбных промыслов рабочие: 161 человек. Еще трудяга «Яков» тащил несколько барж с рабочими и рыбой и три бурятских лодки-мореходки.
Не дойдя верст 15 до маяка «Кобылья голова», пароход с баржами попал в сильную бурю. Налетевшие ураганные ветра накреняли суда и клали их совершенно на бок. Машина работала на полный передний ход, но пароход бросало и тянуло назад. Ветер становился все сильнее и сильнее, играя судами, как игрушками. На пароходе невозможно было стоять на ногах. Капитана едва не выбросило в море со шканечного мостика.
«Яков» не справлялся с баржами и лодками, которые грозили утащить его в морскую пучину. Капитан приказал отпустить с буксира заднее судно и три лодки. Они скрылись из вида за снежным вихрем и брызгами волн.
Ветер крепчал; волны перекидывались через палубу. Пароход с двумя баржами терял управление. Пришлось рубить канаты, и баржи тоже унесло ветром. Буря между тем усиливалась, и пришлось отпустить судно «Потапов». Освободившись от барж, лодок и «Потапова», «Яков» начал прибиваться к правому берегу и в конце концов прибился к нему так, что нос парохода оказался на берегу. Матросы, попав на берег, зачалили пароход двумя стальными канатами.
Машина все время работала. В надежде на крепость канатов остановили ход машины. Пароход стало относить от берега, и один из стальных канатов лопнул. Пришлось снова работать машиной, пустив ее полным ходом.