Всего за 5.99 руб. Купить полную версию
Фея ценная заложница, повторила Нетопырина. Если тебе удастся перетянуть ее на свою сторону, то она откроет тебе слабые места твоего врага.
Перетянуть этих созданий на свою сторону невозможно!
Но король Опала их как-то перетянул. До него они служили другому правителю.
Патриция об этом и не догадывалась, хоть сами придворные феи иногда и делали намеки. Феи при дворе Опала всегда говорили загадками. Они окружали придворных, паря у них над головой и мучили жуткими разговорами. От фей в Опале было никуда не деться, ведь их там становилось больше, чем людей.
Патриция даже подумала, а не бросить ли планы мести. Вид феи из Опала был ей настолько неприятен, что об Опале захотелось просто забыть.
Через пару часов магия корабля обезвредит заложницу, и ты сможешь спуститься в трюм, чтобы ее допросить, посоветовала Нетопырина.
Патриция постаралась оттянуть неприятную встречу с феей на три четыре часа. Ей очень не хотелось общаться с крылатой врединой. Феи ведь умеют гипнотизировать. Стоит глянуть ей в глаза, и ты пропал. Если б команда на корабле не состояла из волшебных существ, то фея давным-давно охмурила бы всех и приняла бы на себя командования экипажем из лунатиков, подвластных ее воле.
Уже пора! подгоняла Нетопырина. Ей и часы были не нужны, чтобы определять время. Едва приближалась ночь, она ощущала прилив сил, а днем слабела. Очевидно, в ее мышиной природе был заложен собственный часовой механизм.
Давай, еще подождем. Пусть она успокоится, Патриция мерила шагами палубу и игралась с саблей. Махать саблей это привычное и простое дело, а вот общение с феями из Опала это сложная политика. От политики у Патриции болела голова. Вступать в переговоры она не умеет. Последний раз, когда за ужином, с ней вел брачные переговоры король Опала, дело обернулось резней и трагедией. Теперь Патриции было стыдно даже вспоминать, как она удирала от родных берегов на утлой лодчонке, которой правил какой-то гном.
Как жаль, что нельзя прожить одной лишь физической силой, нужны еще магия и политика. Иначе бы искусства фехтования мне хватило Патриция не нашла поддержки со стороны двух фей. Магию они уважали больше, чем боевое искусство.
Ладно, черт с ними. У фей свой менталитет. Пора допрашивать заложницу. В трюм вместе с Патрицией спустились Зелигена, Нетопырина и несколько гоблинов.
Вместо фонаря у входа в трюм стоял насест со спящей жар-птицей. Зелигена где-то нашла и настоящий стеклянный фонарь, внутри которого вместо свечи метался светлячок.
Нужно попросить жар-птицу не подлетать близко к бочонкам с огненным вином, иначе весь корабль взорвется, додумалась Патриция.
Не взорвется, зато жар-птица напьется до пьяна, возразила более опытная Зелигена.
Ну если так
Куда я попала! Патриция смотрела на фею в клетке, которая уже сумела выплюнуть кляп. Веревки, которыми связали ее запястья и лодыжки, феи поджигала с помощью заклинания. Она бубнила себе под нос бессвязные слова, и веревки загорались. При этом огонь не обжигал кожу самой феи.
О, пришли! фея ехидно засмеялась, и острые штыри из стен метнулись на Патрицию. Увернуться удалось лишь с трудом. Затем в пляс пустились бочки. Они десятками поднялись в воздух и начали кружить хороводом.
В них же огненное вино! Если оно прольется, всем конец.
Прекрати! потребовала Патриция.
А что ты можешь сделать? осклабилась фея. Свои полномочия нашей правительницы ты давно утратила.
Я ею и не была. Если помнишь, король Опала не успел сделать меня своей очередной королевой.
Я этого не видела, нагло заявила плененная фея. Она попыталась разломать прутья клетки и не смогла. Серые прутья из чар выглядели хрупкими, а оказались прочными.
Патриция присмотрелась к лицу феи, покрытому легкой паутинкой из блесток. Из-за них фея казалась звездной, лишь ее радужные глаза выдавали, что она из касты ночниц.
Действительно это фея не присутствовала на ужине, где Патриция погнушалась принять от короля в дар черный перстень, от которого все носительницы заболевали черной чумой.
У феи-заложницы было типичное сердцевидное личико.
Ты Риабелла? Флотель? Алиссандра? Патриция не могла ее узнать, но она знала по именам далеко не всех придворных фей.
Алеандра, поправила фея, и снова хищно улыбнулась. Зубы под изящным ртом были острыми, как иголочки. Такое впечатление, что у нее рот иголками набит. Не позавидуешь тому, кого она укусит.