Всего за 749 руб. Купить полную версию
Байрон ошибался в своей оценке численности французского флота, так как не знал о недавно полученных французами подкреплениях. Д'Эстен выводил свои корабли из гавани Сент-Джорджеса один за другим, чтобы скрыть от англичан свою мощь. Обманутый Байрон еще раз уверился в своем превосходстве и отдал приказ эскадре выстроиться в боевую линию и атаковать. Однако тут французы открыли карты, и Байрону на ходу пришлось перестраивать боевой порядок, что внесло хаос и сумятицу в боевое расписание его эскадры.
Англичане были вынуждены броситься в атаку без всякого плана и флот французов смог отбить нападение. Четыре английских корабля отделились от основных сил и были серьезно повреждены. В целом британские корабли пострадали больше французских, но в основном по части рангоута и такелажа.
Бой у острова Гренада, картина XVIII в
Французы же не лишились ни одного корабля. Британцы потеряли убитыми 183 человека (346 ранеными), французы 190 (793 раненых). Д'Эстен вернулся на Гренаду, чтобы произвести необходимый ремонт. Он, однако, не решился развить успех и дать генеральное сражение Байрону, отошедшему к острову Сент-Киттс. Английский флот оставался в гавани довольно долго, так как на острове не хватало корабельных материалов, и никакой навык моряков в ремонте не мог этого восполнить. Д'Эстен с эскадрой подходил к Сент-Киттсу, как бы вызывая англичан на бой. Британцы на провокацию не поддались и помимо очевидного унижения «флота Его Величества», привыкшего владеть морем, французы ничего не достигли.
После этого сражения, в котором англичане потерпели, пожалуй, самое сокрушительно поражение на море за предыдущие сто лет, флот д'Эстена отбыл на помощь армии Вашингтона к берегам Северной Америки.
«От потери Гренады я заболел». Пропагандистский эстамп, выпущенный во Франции
Добившись независимости США, Франция по мирному договору с Англией (Версальский мир 3 сентября 1783 года) практически не смогла вернуть ни одной территории, потерянной в годы Семилетней войны. Осталась за англичанами и Гренада. Жизнь в колонии продолжала идти своим чередом, а в 1784 году на острове даже стала выходить своя газета «Гренада кроникл». Англичане запустили программу дорожного строительства на остове. Каждый рабовладелец должен был отряжать на дорожные работы 10 % своих рабов. В противном случае ему грозил штраф в 6 шиллингов в день за каждого неявившегося раба.
Но внешнее спокойствие на Гренаде было обманчивым. Среди французских поселенцев на острове зрело восстание. Здесь следует остановиться на одной особенности французского колониализма, которая существенно отличала его от колониализма британского. Французы (впрочем, как испанцы и португальцы) без расовых предубеждений смешивались в Америке как с местным населением, так и с завезенными рабами из Африки. Британцы были расистами и не считали негров чем-то большим, чем рабочей скотиной на плантациях. Презирали они и появившихся на Гренаде за время владычества Франции мулатов. Поэтому в определенной мере французский колониализм был более гуманным, и мулаты (да и часть чернокожего населения) считали соотечественников Вольтера меньшим злом, чем спесивых и надменных потомков Шекспира.
При британцах на Гренаде возникло жестко сегрегированное расистское общество, где человек имел права в зависимости от оттенка цвета своей кожи, языка и вероисповедания. «Сливками» общества была небольшая группа британских плантаторов (принадлежавших к англиканской церкви). Затем шли белые франкоговорящие фермеры (католики), лично свободные, но лишенные всех политических прав. Ниже них располагались свободные мулаты и негры (тоже католики), говорившие на местном диалекте французского (патуа). Замыкали социальную лестницу в конце XVIII века примерно 24.6 тысячи рабов-негров, чей язык и вероисповедание никого не интересовали. Всего же на Гренаде проживало около 26 тысяч человек.
В Британской Вест-Индии сложилась целая градация цвета кожи, затмившая собою индийские касты. Мулатами назвали детей белых мужчин и негритянок. Белые мужчины и мулатки производили на свет «квадрунов» (четверть белой крови), белые и «квадрунки» «окторунов» ( белой крови). Зато потомок белого и «окторунки» (если у него не было внешних негроидных признаков, например, пухлых губ или курчавых волос) уже мог считаться белым[15].
Отпрыск мулата и негритянки в Вест-Индии назывался самбо[16]., самбо и негритянки мустефино, мустефино и негритянки тоже мустефино или просто негром (если у человека был темный цвет кожи).