Всего за 99 руб. Купить полную версию
Знаешь, Тимон, я с тобой их встречать пойду! пьяно лопочет Биль. Потому что ты коро-о-о-ль, ваще! Ты человечище!
Болезный, как побитая собачонка, уходит на другую сторону улицы: «Ну и идите, мля. Я над вами потом посмеюсь, когда в обломе будете»
***
Всю дорогу обсуждаем перспективы. Решаю облачиться в свой единственный костюм «тройку», снять тачку, купить букет цветов, шампанского. Если уж бить, то бить наповал, так чтоб волосы у них на лобках дыбом повставали! Биль на подмоге с рюкзаком. В рюкзаке тёплые свитера, пиво-водка. Всё-таки пойдём на Волгу романтичнее. Главное, чтоб дождя не было. Август на дворе.
Возле продуктового ларька на площади Гагарина наблюдаем пасторальную картину из жизни бомжей. Пьянющий представитель этого племени бьёт свою сидящую на кортах подругу по распухшему кумполу, тем самым заставляя её сделать ему минет. Видимо, словесные доводы совсем иссякли. Внутренние вулканические толчки сотрясают всю нелепую фигуру абьюзера. Вялый, полусдутый член его то и дело выскальзывает изо рта и рук бомжихи. Как следствие, бомжиха получает дозу звездюлей. Бомж наполовину гол. Снизу. Штаны его спущены до самых говнодавов. Бомжиха в серой кроличьей шубе и с клочковатой бородкой, как у Фреда Дарста из группы «Limp Bizkit». Гормональная перестройка пожилых. На вид ей лет 70. Под шубой так же костюм Евы. Кучка смердящего, измазанного белым исподнего валяется тут же, в двух шагах. Другой бич неопознаваемого пола восседает прислонившись спиной к ларьку на стопке опутанного верёвкой картона. Периодически он с громогласным иком опрокидывается набок и стукается башкой об алюминиевые детские санки, которые стоят рядом. Секунд 20-ть он копошится в черепашьей позе, но как истинный стоик со словами «Ну ты дятел, мля!» водружается на пьедестал. Вся левая сторона его хари уже ободрана в кровь и густо сдобрена дорожной пылью. Ухо позеленело и распухло до размеров чайного блюдца. Похоже, он ждёт своей очереди. Что ни говори, а основной инстинкт дохнет в человеке последним
На подходе к дому, возле общаги «Кулька», почти было пройдя мимо, засекаю двух чуваков-подростков с какими-то баулами, похожими на футляры для музыкальных инструментов. Чуваки пьют пиво из пластиковой полуторалитровой бутыли неизменный в здешних краях тошнотский «Афоня». Всё ж таки наблюдает за нами Господи-Боженька со своей небесной колесницы!!! Этого-то нам как раз и не хватало! Серенад в свете солнца золотого! Девки будут ссать кипятком и в воздух вульвочки бросать!
Извините, мужики, это у вас баян? тыкаю я пальцем в сундук, обтянутый чёрной кожей, стоящий возле одетого в зелёную олимпийку и джинсы чувака.
Неа, аккордеон.
А у тебя что? обращаюсь я ко второму, с волосами, заплетёнными в 50 000 узбекских кос.
Сакс. Тенор.
Клёво. Такое дело, чуваки, очень нужно девушке одной праздник сделать. Желательно сегодня, ночью. Мне, конечно, деньги не жгут ляжку, но 100 деревянных я вам заплачу за то, что вы поиграете 10 минут перед входом в клуб, когда она оттуда будет выходить. Пиво тоже проставлю. На машине за вами заедем, скажем, в половине четвертого, прям сюда, к общаге. Войдите в положение, парни. Я сам студент не местный добиваю я для убедительности.
А чё за клуб-то? веско, с расстановкой, лениво делая гигантский глоток из бутыли, вопрошает «узбек», сразу же настроившись на деловой лад. По всей видимости, он здесь за босса.
Пальцы мои сами собой, непроизвольно складываются в братковскую «козу». Мы тоже не пальцем деланы.
City, вываливаю я изо рта два камня-слога.
Ну, накинь ещё двадцарик на пиво.
Насчёт этого не парьтесь. Будет.
***
Возле подъезда отирается какой-то мудень, едва стоящий на ногах. Наверное, не может попасть внутрь. Дверь в нашем подъезде запирается на ночь на ключ после того, как кто-то ночью навалил кучу говна на одной из лестничных площадок, собрал от каждой квартиры все коврики для вытирания ног и, свалив их поверх дерьма, устроил нечто вроде фестиваля «Горящий человек», который ежегодно проводится в долине Смерти в Неваде.
Слышьте, у вас ключ есть? гундосит мудень.
Найдется.
У меня тут бабка живёт. А ты ведь Тимоха с 5-го этажа, да?
Ну да.
Слышьте, давайте выпьем, а?
Да не, мы не горазды ща.
Бля, я к те 2 раза заходил: выпить не с кем было. Ты, говорят, себе «торпеду» зашил. Только красное вино пьёшь. Дорогое. Я к те 2 раза заходил. Думал, хуй с ним, куплю я ему этого красного вина за 100 рублей. Ну пока тогда, если выпить не хотите. Меня Глебом зовут. Заходите, если чё. Я здесь, на 3-м живу.