Всего за 164 руб. Купить полную версию
Давайте бумаги!
Приняв документы обратно, особист удовлетворительно хмыкнул, еще раз пробежал по ним взглядом.
Желаю вам удачи, товарищ Косарев, слово «товарищ» из уст службистов в этом времени много значит, на душе вмиг становится теплее. Но два раза Ку, уже возле брезентового полога меня догоняет вторая половина контрастного душа. Только вы бы прекратили ваши антипартийные разговорчики. Не надо, пожалуйста, люди уже жалуются.
Бросаю на особиста взгляд исподлобья, на прощание, так сказать! Как эти сволочи все-таки научились манипулировать людьми! Что тогда, что в мою эпоху. Хотя кто сейчас может сказать, где тот временной отрезок остался и какой из них, вообще, мой. Особист же вроде как и добрый совет дает, намекая, что на меня стучат, а вроде как и предупреждает, что органы бдят. Не расслабляйте, дорогой товарищ, булки пока не стали снова гражданином. Мол наступит время, и до вас очередь дойдет.
Только сейчас осознаю, почему в мои пятидесятые люди поддержали троцкистского выкормыша Хрущева. Страх перед безликой машиной бездумного подавления, отсутствие чувства защищенности, даже если ты и прав. Государственная система обязана постоянно меняться под натиском требований времени, и если она этого не делает, то в таком случае некоторые, пусть и необходимые государству и обществу, элементы вырываются из нее буквально с корнем. Вселенная любит устойчивый баланс, стремление к нему и есть её движущие силы.
Пока не пришла Чернильная тьма. Но она в этот мир уже стремительно врывается. Поэтому я и здесь, в составе батальона особого назначения Пятой воздушной армии Вооруженных Сил Союза Советских Социалистических Республик.
Дорога
На очередной колдобине нас здорово тряхнуло, и меня чуть не приложило к стальной стенке бронетранспортера. Сидевшие рядом бойцы дружно зачертыхались, хотя Можин и так делал что мог. Он же не виноват в состоянии дороги. Вместо цветущей в недалеком прошлом южной трассы, взору представали результаты авиационной бомбежки. «Амеры», так советские бойцы обозвали американцев, по-видимому, прошлись здесь кассетными боеприпасами. Весь тот ужас, который в моем времени вываливался на вьетнамские джунгли, сейчас на собственной шкуре испытывали советские бойцы и простые граждане Союза.
Войска Альянса азартно бомбили как военные, так и цивильные объекты. Странно, что госпитали и больницы вдруг стали исключением для обеих участников конфликта. Несмотря на значение войны, как Мировой Красный Крест продолжал работать, стороны обменивались пленными, объявлялись координаты медицинских пунктов, которые в планшетах летчиков подчеркивались особыми метками. Эксцессы, конечно же, случались, но за злонамеренную бомбежку госпиталя можно было запросто угодить под военный трибунал. Англосаксы тщились показать себя цивилизованными, почему-то в данный момент не отказывая в этом и русским. Хотя, скорей всего, просто их генералы помнили процессы над нацистскими генералами, которых вешали буквально пачками. Хороший пример остальным!
Я высунул из бронетранспортера голову и обозрел тянущуюся по сторонам дороги печальную картину: пожухлые осенние поля, уже набухающие влагой сельские проселки, скрытые в туманной дымке холмы и хутора. Метеорологи не обманули все последние дни царила необычайно хмурая для этих мест погода. Злые языки поговаривали, что это наши специально что-то распылили в атмосфере. Будто бы советские ученые успели разработать некие аэрозоли. Я, честно сказать, этому вполне верил, в моё время устанавливали же постоянно хорошую погоду для праздников в Москве. Пока ближние к столице области заливало, московские хозяева и высокие приглашенные лица благосклонно принимали парад и восседали на концертах, проплаченных бездонным бюджетом.
Вообще, это довольно странная война, как и обстоятельства, при которых я в неё угодил. Еще более странными были мотивы, подтолкнувшие меня в ней участвовать. Все эти недели я не прекращал искать мою Дашу. В хаосе воюющей страны проще, наверное, было найти бриллиант в стогу сена. Её могло занести на временно оккупированную территорию, ранить при бомбежке, она могла потерять память или представиться чужим именем. Это мне еще повезло найти полного своего однофамильца, я был на сто процентов уверен, что это не мой двойник. Больно уж много несовпадений с его жизнью у нас получалось.