Всего за 249 руб. Купить полную версию
Сказав это, она обошла меня стороной и пошла по темному коридору цокольного этажа, глухо стуча ботинками о бетонный пол.
Остался стоять на месте, стеклянным взглядом глядя туда, где она стояла секундой ранее. В тяжелой голове образовался вакуум, как бывает, когда ищешь нужную мысль, но ничего не можешь найти. Пустота. И в этой пустоте, к которой я всегда стремился, напиваясь, не было спасения. В ней был холодный, цепкий страх и горячее чувство ненависти к девчонке, которая, отчего-то решила, что знает меня и мою дочь лучше, чем я сам.
Хлопнул металлической дверью архива, что было силы. Широким шагом последовал в том направлении, в котором исчезла девчонка, чтобы сказать ей всё, что не сообразил сказать сразу: что я о ней думаю и что у нее не было никакого морального права лезть мне в душу.
На проходной никого не было, кроме скучающей вахтерши. На улице близ университета её тоже не оказалось. Она просто исчезла, как чертово видение, словно была лишь выдумкой моего пропитанного алкоголем и усталостью мозга.
Глава 3. София
О, стахановцы еще здесь! раздался со стороны входа веселый голос Марка Антоновича.
Отвлеклась от цветов и машинально вскинула взгляд на нарушителя тишины. У порога стоял охранник торгового центра, в котором я несколько лет арендую помещение под цветочный магазин.
Ага, Марк Антонович, заработалась немного, улыбнулась мужчине и вновь вернула внимание розам, которые до завтра, скорее всего, уже не доживут. Чтобы не заставлять охранника скучать у порога в тяжелом молчании, между делом, добавила. А я и не заметила, что рабочий день уже подошел к концу. Давно все разошлись?
Да, уж часа полтора назад, взглянул он на наручные часы. Осталась только ты и мыльно-рыльный. Моя смена уж через полчаса заканчивается, а вы, видимо, решили сегодня меня переработать.
Мыльно-рыльный, в понимании Марка Антоновича, это магазин косметики. Потому что в нём есть мыло, которым, совершенно точно, можно помыть рыло.
Логика проста и весьма очевидна.
Ходульный обувной.
Обдиралочный ювелирный.
Диарейная полянка фуд-корт.
Срамной, бесстыжий, в наше время такого не было секс-шоп.
Ох, тогда и мне пора бы уже начать собираться, спохватилась и смела в мусорную корзину с рабочего стола обрезки цветов и лепестки с них опавшие. Сёмка, наверное, заждался уже.
Слушай, Сонь, замялся мужчина и смущенно большим пальцем правой руки почесал седую бровь. Раз ты еще здесь, можешь собрать мне букет? Небольшой. Тысячи на две. Совсем забыл, что у меня с моей бабкой сегодня годовщина свадьбы. Сорок пять лет из моих нервов ковры вяжет, рассмеялся мужчина, отчего его взгляд потеплел и словно погрузился в далекие воспоминания. А если я без цветов приду, то спать придется в лотке у кошки.
Ну, улыбнулась я Марку Антоновичу и подошла к холодильнику. В таком случае, я просто обязана спасти вашу жену и кошку.
Женщины, покачал он головой.
Точно помнила о том, что его жена предпочитает пионы. По крайней мере, именно их он чаще всего брал. Собрала букет из сорока пяти розовых пионов именно их он и выбирал всегда. Оформила в крафт бумагу (его жене не нравилось, когда цветы завернуты в искусственную обертку полиэтилен), перевязала лентой и передала увесистый букет мужчине в руки.
Ты куда мне столько дала?! глаза мужчины расширились так сильно, что морщинки вокруг них разгладились. Я же не рассчитаюсь за всё это! Мне тысячи на две надо-то, только и всего.
Берите, Марк Антонович, настойчиво всучила ему букет. И с годовщиной вас и вашу жену.
Спасибо, Соня, смущенно улыбнулся мужчина. Ты скажи, сколько с меня, я в каптёрку свою за кошельком сбегаю, а то у меня в кармане только две с половиной тысячи. А тут тысяч пять надо, не меньше.
Ничего не надо, поймала его растерянный взгляд. С годовщиной вас и будьте счастливы. Раисе Михайловне привет от нас с Сёмкой передайте.
Да, это-то само собой, смотрел он во все глаза на букет в своих руках. Сунул руку в карман и достал из него сложенные купюры. Вот, возьми, хотя бы, это.
Не возьму, вскинула руки и покачала головой, отступив от него на шаг.
Соня, это очень дорогой подарок. Я не могу его принять, настаивал Марк Антонович, продолжая протягивать мне деньги.
Я обижусь.
Вот вы, бизнес-бабы, упёртые, проворчал мужчина и нехотя вернул купюры в карман униформы. Спасибо тебе огромное. Если что-то понадобится, ты всегда зови меня. Помогу, чем смогу. И бабку свою привлеку, если нужно будет.