Где Герберт? почти одновременно спросили мы с Викой.
Охраняет твоё тело, ответил Иоганн Викусе. Он не подойдёт до твоего возвращения, что бы здесь ни случилось. Прекрати вселение, Вика. Это не игра.
Не вздумай! крикнула Лиля, отбивая сильнейший удар кинжала.
Вадим попытался оттолкнуть её, но кинжал Лили тут же встал на пути его руки.
Лилия, ты знаешь, что я могу заставить её вернуться, проговорил Иоганн, спокойно глядя на бешеное мелькание оружия.
Так заставь, холодно отозвалась Лиля.
Она не поворачивалась в нашу сторону и по-прежнему преграждала путь Вадиму.
В каком смысле? глаза Алёхиной расширились.
Иоганн сжал её плечи и произнёс:
Вика, я прошу тебя выйти. Для всех будет лучше, если ты добровольно завершишь вселение. Иначе я просто выкину тебя оттуда. Для этого мне надо сказать всего одно слово.
Викуся, чтобы выйти, надо закрыть глаза и сделать шаг вперед, скороговоркой сообщила Лиля.
Алёхину качнуло в сторону. Алла прикрыла глаза рукой и с силой выдохнула. Иоганн машинально поддержал девушку. Она открыла глаза, и я с возрастающим ужасом поняла: а вот это уже не Викуся. Рядом с отцом Вадима стояла ничего не понимающая Алка. Из ее памяти стёрлись несколько минут тех самых минут, в которые ею управляла Вика.
Что здесь происходит? Кто вы такой? возмутилась Алёхина, резко вырываясь из придерживающих её рук Иоганна.
Помогите! тут же завопила Лиля, в руке у неё уже не было кинжала. Это какие-то ненормальные! Два маньяка!
Она попятилась назад. Со стороны могло показаться, что хрупкая беззащитная девушка стала жертвой нападения огромного парня с ножом.
Я ничего не понимаю. Откуда взялся Чернов? Чего он пристал к девушке? Синичка, что это за тип? Алка с враждебным недоумением смотрела на Иоганна. Откуда он вообще появился?
Они здесь вместе! Эти двое! пронзительно визжала Лиля.
Замолчите обе! не знаю, как, но мне удалось их перекричать. Алла, я тебе потом всё объясню, пойдем отсюда. Они сами как-нибудь разберутся.
Я даже приблизительно не представляла, что буду ей говорить. Главным было как можно скорее и дальше утащить Алёхину. Краем глаза я видела, как из-за сосен, не спеша, выходят в обнимку Герберт и Викуся. Мне показалось, он удерживал Вику силой, заставляя идти медленнее.
Синичка, я тебя не п-понимаю возмущённо заикалась Алка. Этот тип, наверное, гипнотизёр, я ничего не помню. А этот этот она нервно ткнула пальцем в сторону моего мужа, Чернов угрожал девчонке ножом, я видела. И ты предлагаешь просто взять и уйти?
Таня, как ты можешь оставить меня с ними? правдоподобно заныла Лиля. Не ожидала от тебя такого.
Кто это?! завизжала Алка, указывая на побледневшего Иоганна. Что вообще происходит?
И тут я с запозданием поняла, что именно происходит. Мой свёкор угодил в ловушку, из которой у него почти не было шансов выбраться.
Алла, умоляю, не задавай вопросов, я вцепилась обеими руками в её руку. Они сами разберутся. Нам пора. Пойдём, пожалуйста! Автобус наверно уже стоит на вокзале.
Маринка подождёт, ничего с ней не случится. Надо разобраться с этой ерундой. Почему я ничего не помню?! она снова обернулась к Иоганну.
Лиля приблизилась к нам и вкрадчиво произнесла:
Хороший вопрос.
Что тут у вас случилось? вмешался Герберт. Какие-то проблемы?
Они с Викой подошли уже почти вплотную, и Алка вздрогнула, услышав за спиной его голос.
Да! Тут непонятно, что творится! заверещала Алёхина. Я помню только, как вошла в парк. А потом очнулась здесь, и меня обнимал этот тип, она резким взмахом руки показала на Иоганна. А Чернов угрожал девушке ножом. По-моему, полицию надо вызывать. Я вообще не пойму, кто он и откуда взялся, Алка кивнула на моего свёкра.
Кажется, по законам чести тебе давно пора представиться девушке, с усмешкой произнёс Герберт. Заодно можешь сообщить, кто такой маньяк с ножом, который называет себя Вадимом Черновым.
Нет!
Я услышала дикий крик и не сразу поняла, что это кричу я сама.
Синичка, что с тобой?
Алла посмотрела на меня с сочувственным изумлением, затем перевела вопросительный взгляд на Герберта, игнорируя Викусю. Вика недобро прищурилась. Неужели сейчас, в такой ситуации, она может ревновать?
Алла, не спрашивай, прошу тебя, не спрашивай! раз за разом повторяла я, чувствуя, что меня трясёт.