Всего за 239.9 руб. Купить полную версию
Надеюсь, нас не в лагерь везут, пошутил один из пассажиров, произнеся это по-английски, в тот страшный «ГУЛаг-два», который по легенде вызывает ужас у всех русских преступников и так называемых врагов народа откуда никто не возвращался живым?
Я знаю не больше вас, сухо ответил его сосед, нам обещали показать какое-то ужасное русское оружие. Думаю, мы увидим слабое подобие того, что было на атолле Бикини в бухте стоит целый флот, и вдруг большой «бум», огненный шар поглощает все, а когда он исчезает, все корабли испарились, распались на атомы. Ну по крайней мере, так это выглядело на кинопленке, которую показали приглашенной иностранной публике.
А все же русские поступают с нами по-свински В смысле что могли бы устроить спектакль где-нибудь поближе к цивилизации. Да и что они могли собрать в качестве мишеней классом не выше эсминца? После Бикини, где в прах превратились шесть линкоров и японские трофеи, и наши заслуженные старички, это как-то не будет смотреться!
А если это не просто Бомба? Русские не раз уже удивляли мир. Что если они изобрели «землетрясательное оружие»? Или, как в том фантастическом романе, где вся вода на планете взорвалась, как атомный снаряд?
Я не люблю фантастику. И думаю, что даже Сталин не столь безрассуден, чтобы так не ценить даже свою собственную жизнь. Потому предпочитаю не строить догадок, а ждать, что нам покажут, коль уж пригласили.
Самолет снизился до высоты в несколько сотен метров. В салон вышел сопровождающий от советской стороны (в штатском, но наверняка служит в ГБ). Взял микрофон.
Господа, прошу внимания! Мы находимся над эпицентром того, что случится тут меньше чем через сутки. Вот тот крест на леднике, его размеры шестьсот на шестьсот метров, это разметка мишени для самолета-бомбардировщика. Те мачты, которые вы можете видеть, это автоматические регистраторы, задача которых снять параметры происшедшего, в интересах науки они стоят на расстоянии от одного километра до сорока. Ну а мы поворачиваем и летим на командный пункт в ста пятидесяти километрах к югу.
Место было очень неуютным. Начав с того, что от посадочной полосы надо было еще долго подниматься в гору, по такой дороге, что вызывало удивление, как по ней вообще ездят эти русские? Лагерь располагался в лощине между отрогами гор, спускающихся от основного хребта к морю. Причем на южном склоне так, что вообще ничего нельзя было увидеть в направлении будущего «события». Несколько вагончиков, полузакопанных в землю, антенны радиостанции, условия самые спартанские. Правда, обед из полевой кухни оказался очень даже сытным и вкусным борщ, гуляш, макароны по-флотски. И приятным дополнением красное вино. Категорически же не понравилось, что все два десятка гостей должны были разместиться в единственном домике, в ужасной тесноте «но потерпите, всего на одну ночь». А еще, что выход за пределы лагеря (смотреть тут было нечего, но ради любопытства) был возможен лишь в сопровождении одного или даже двух русских солдат с автоматами наготове. Нас тут что, как арестантов держат шаг в сторону, это побег?
Да куда ж вы тут побежите полтысячи километров до ближайшего жилья, и то если повезет на него наткнуться! А вот белые медведи вас запросто скушают тут даже мы поодиночке опасаемся, а без оружия никак нельзя!
Спали вповалку, бок о бок, благо мороза не было, температура около ноля. К тому же русские любезно предоставили теплую одежду и спальные мешки. Так что самым серьезным испытанием пока были лишь ночные прогулки в отхожее место (будку поодаль), где стоял совершенно собачий холод, а еще в десяти метрах ходил русский солдат с АК, готовый отразить нападение медведей. Которые и правда тут водились утром видели одного поодаль, мирно бредущего мимо, без всяких агрессивных намерений.
Ближе к полудню появился самолет. В небе едва была видна точка, за которой тянулся белый след, но в бинокль можно было различить силуэт со стреловидным крылом и четырьмя моторами.
Началось! сказал русский сопровождающий. Господа, вам лучше всем сейчас укрыться в безопасное место.
И прибавил вполголоса:
Хотя где оно тут, безопасное черт его знает.
Один из гостей тот, кто в самолете спрашивал про «ГУЛаг-два» был недоволен, сказав:
Мы ничего не увидим отсюда, я желаю с оптикой и фотоаппаратурой подняться вон туда, на гребень.
На что получил ответ: