Всего за 259.9 руб. Купить полную версию
Очень хорошо! Превосходно! Я обеими руками только за это буду! воскликнул Потемкин. Завтра же курьер ускачет в Санкт-Петербург с приказом об откомандировании его к вам сюда из гвардии, в батальон. А в благодарность за такую вот взятую на себя обузу обещаю, что мы изыщем и доставим вам на Буг еще два десятка штуцеров. Знаю я про твою кручину по поводу их малого у вас числа. Ну, вот, чтобы хоть какая-то польза от моего Николашки для вас была!
Алексей провожал взглядом пылящий в сторону Херсона кортеж.
Ну, вот и спровадили их высокопревосходительство и всех остальных господ, пробормотал за его спиной Лужин. Слава тебе господи, укатили-таки. И даже не выпороли никого для острастки, как это водится. Ваше высокоблагородие, поедемте уже до дома. Ну чего мы тут посередь степи-то все стоим? Вона как солнышко уже высоко забралось и сразу припекать начало, а нам до станицы еще верст шесть или семь ведь пылить. Гляди, как далеко вас за разговорами господин фельдмаршал-то вывез!
Поехали, Федор, вздохнул подполковник. И правда, дел у нас теперь непочатый край!
Глава 5. Выход под прикрытием
На пограничной линии царило оживление. С северной стороны к Бугу подходили большие маршевые колонны. Генерал-майор Кутузов формировал из прибывших шестиротные полевые егерские батальоны. В каждом из них по штату было по одной тысячи четыре человека. На егерский батальон полагалось по два восьмифунтовых единорога. Плюс к этой артиллерии была еще и отдельная батарея при шести орудиях, основу которой составили те единороги, что забрали у егерей-волкодавов. Как обычно в любом новом деле, а уж тем более если это касалось армии, суеты и неразберихи вокруг было великое множество. Но усилиями деятельного и энергичного Кутузова Бугский егерский корпус пусть и медленно, но постепенно превращался в боеспособную воинскую единицу. Учения в нем проводились ежедневно, обмундирование и амуниция у солдат были хорошо подогнаны, а их лица и движение говорили о здоровье и хорошем питании. Пушки, повозки, оружие все было чистое, исправное, вовремя смазанное и окрашенное. Линейные егерские батальоны располагались вдоль всей пограничной линии, растянувшись вдоль левого берега Буга. Приданные корпусу два легкоконных полка и отдельный особый батальон егерей квартировались тут же. Генерал не сидел на одном месте. Каждый солдат в его корпусе знал, что он может появиться в любой точке на этой протяженной линии и в любую минуту. Солдаты говорили, что он живет, пишет приказы, читает почту, ужинает и спит, посреди всей протяженной дистанции, в деревне Баловня. Однако едва ли половину ночей он проводил именно здесь. Верхом или в своей легкой одноконной тележке-бричке Кутузов ездил то в сторону Ольвиополя, то к морскому лиману, проверяя невзначай посты, которые наблюдали за турецким берегом. Заезжал он в форты, заглядывал в те землянки, где выпекали солдатский хлеб, появлялся и в полях среди рассыпанных в учебную цепь егерей.
Батальон Егорова был реорганизован. Артиллерийский огневой взвод был расформирован, а его люди перешли в пионеры и в оружейники. В любом случае богатый опыт работы с орудиями у егерей теперь имелся, и поставить при нужде к пушкам уже было кого.
Через неделю после отъезда высокой инспекции в станицу Николаевскую пришел большой интендантский обоз. В нем была новая амуниция и форма. Пришли и те десять обещанных фон Оффенбергом штуцеров, которые тут же распределили по самым метким капралам и унтерам.
«Еще бы два десятка от Потемкина получить и вообще бы хорошо было, думал Егоров. Но с ними жди и головной боли с этим бестолковым Коленькой».
Вместе с интендантским обозом приехал и полковник Баранов.
Ну, давай, Алексей, рассказывай, что надумал по поводу разведки турецких войск возле Очаковской крепости? Мне Генрих Фридрихович подробные инструкции, как вас опекать в этом деле, оставил, теперь вот слово только лишь за вами.
Тогда пожалуйте к моей карте, Сергей Николаевич, кивнул на стол Алексей. Есть у меня одна задумка, но нужно, чтобы вы сами видели, как я планирую до крепости добраться. Вот посмотрите, господин подполковник, Очаков лежит всего лишь в пяти десятках верст к западу от Буга, и Алексей указал на жирую точку в небольшом отдалении от реки. Для нас это расстояние всего лишь одни сутки пути в пешем порядке. Но добраться по прямой здесь нет никакой возможности. Турки создали по примеру нашей линии такую же свою, пограничную и внимательно отслеживают любое перемещение людей на противоположной от них стороне. Их конные и пешие дозоры часто патрулируют свой берег, а баркасы ходят вдоль него от лимана и верст на пятьдесят вверх. Любой новый человек, появившийся на правом берегу Буга, сразу же попадет под подозрение и будет немедленно задержан. Поэтому прямого пути к крепости у нас сейчас нет. В безлесной и открытой местности наш отряд обязательно обнаружат и потом уничтожат.