Всего за 164 руб. Купить полную версию
"Так, выбираем холостой ход спускового крючка. Только не смотреть ему в глаза! А-а-а!»
Прогремело разом три выстрела, казалось, что мои пальцы никогда не разогнутся обратно. Я лишь успел заметить аккуратную красную дырочку в голове оборотня, как он уже валился обратно на стылую землю.
Чего стоим, ироды! раздался злобный выкрик Николая. Оттаскиваем! Оттаскиваем!
Я же отступил на два шага назад. Казалось, что вместе с патронами я выпустил из себя всю решительность и не мог поверить, что сделал это сам. Хоть и стреляю в нежить не в первый раз, но так близко впервые.
Подбежавшие, наконец, мужики помогли Николаю скинуть с Лидки тело оборотня, но было уже поздно. Нежить успела распороть клыками артерию женщины, и алая кровь недолюбленной и недоласканной стареющей тетки мерными толчками выходила наружу, капая в стылую грязь. Кто-то попытался закрыть рану руками, не понимая всю бесполезность сего занятия. Это еще квалифицированный медик смог бы спасти сейчас эту несчастную бабу. Но тут
Мне вдруг стало дурно, ноги сами собой подогнулись, дальнейшее я помню плохо. В памяти только остался брошенный в мою сторону затухающий взгляд Лидки. Удивление и какая-то поистине детская обида сквозила в ее посмертном взоре. Затем глаза женщины начали тускнеть, предсмертная паволока застилала их все сильнее и сильнее. Я в первый раз в жизни наблюдал смерть человека так отчетливо и близко. Сил хватило только на то, чтобы отползти в сторону и вывернуть остатки завтрака на почерневший снег.
«Госпади! Да разве ж так можно с людьми?! За что ты их? Ирод ты окаянный, Хоспади!»
Дарья
Глаза разомкнулись, но взгляд все еще не сфокусировался, а память так и не удосужилась подсказать ничего из того, что происходило за последние сутки. Затем в глазах вспыхнул выпуклый до невозможной реалистичности образ умирающей Лидки и мне стало окончательно дурно.
«О-хо-хо!»
Так, а где это я? Осторожно повернул голову и наткнулся взглядом на простоватые бумажные обои с каким-то цветочным рисунком. Лежу на чистых простынях, кровать широкая, крепкая, новодельная. Аборигенские лёжки обликом смахивают на советские из шестидесятых годов, панцирные с никелированными набалдашниками и ужасно неудобные. Поэтому попаданцы первым делом меняли в домах мебель. С тревогой заглянул под одеяло, без майки, но в трусах. Фу-у-у
Что ж вчера все-таки было? В голове ощущалось легкое похмелье, но башка не болела. Значит, потребляли «казенку» и скорей всего под хорошую закуску. И то ладно!
Встал уже? неподалеку раздался ласковый женский голос, и я заполошно оглянулся. Так и есть Дашка Русанова. Белобрысенькая молодка, чуть расплывшаяся в фигуре, но вполне еще миловидная. Она давно мне в Вершинино прохода не дает, то в гости на чай зовет, то проводить просит, да привезти что-нибудь из города. И зачем я старик ей и сдался? Ох, неужели я с ней пере? Видимо, нечто такое промелькнуло у меня в глазах, Даша кисло усмехнулась в ответ и махнула рукой:
Успокойся, ничего у нас не было! Тебя хватило только до постели дотащиться. Покуролесили вы там вчерась на славу, пивуны собрались знатные. Хорошо хоть не облевался ночью. Вел себя как порядочный.
Я только сейчас заметил заботливо поставленный рядом с кроватью тазик. Ну, как говорится, спасибо и на этом.
Есть что попить, Дашуля?
И попить, и закусить, мягкая улыбка так и расцвела на лице Дарьи, я даже невольно залюбовался ею. Мастью молодая женщина была похожа на одну нашу известную актрису, играла дочь лесника в фильме «А зори здесь тихие», такая же белобрысая и простецкая. Кожа тонкая, щеки враз расцветают, подобные ей люди обычно плохо загорают, только краснеют, волосы белесые, но пышные.
«Наверное, они на ощупь мягкие, как и некоторые части тела, » вдруг подумалось мне, а Даша вспыхнула и исчезла из проема.
Дамы почему-то сразу понимают, когда смотришь на них, как на Женщин с некоторым вожделением или восхищением. С бабами оно, конечно, и хлопот не оберешься, зато, когда потребуется, кто ж с ними в плане ухаживания сравнится! Стол Даша выкатила поистине «Царский». Перво-наперво мне подали стаканчик с капустным рассолом, затем пододвинули кружку с горячим и неимоверно крепким чаем. Как только меня в пот бросило, на столе возникла тарелочка кислых «антипохмельных» щей, а под нее, знамо дело, стопочка беленькой. Лепота! Сказка неописуемая!