Всего за 149 руб. Купить полную версию
Закрой глаза, и тебе приснится сон. Загадочный, красивый, и ты забудешь обо всем, что случилось сейчас. Я как никогда желаю тебе этого. Засыпай шептал Кит, стараясь успокоить девушку.
Айрадо долго еще всхлипывала, но постепенно затихла. Кит прислушался кажется, она уснула, доверчиво прижавшись к нему.
«Ну, к чему мне все это? Что я могу дать такой, как она?» Кит уже задавал себе эти вопросы, и не находил ответа. Судя по виду, они сверстники, но сейчас он ощущал себя таким глубоким стариком по сравнению с ней. И одновременно ничего незнающим юнцом, стоило ей внимательно посмотреть ему в глаза. А сейчас ему так захотелось, чтобы ей на самом деле приснился сон.
И, сам того не замечая, он закрыл глаза. И увидел сон ее сон, тот, который он ей пожелал.
Она была совсем девчонкой той, какую он видел, когда она звонко смеялась, ни капельки не стараясь сдержать свой смех, и когда он, давно разучившийся так искренне радоваться просто жизни, был не в силах сдержать улыбку. И вдруг понял, что в его силах превратить ее сон в сказку, и пусть только сон, пусть хотя бы это малое, что он может ей дать.
Айрадо прошлый раз сказала, что ей очень нравится цвет его глаз так пусть же все вокруг будет наполнено синевой, и пусть видны будут звезды точно такие, какие загораются в ее глазах, когда она чем-то увлечена. Что еще? Может, добавить сияния? И ему самому так захотелось оказаться в ее сне, отвлечь ее от недавних событий, участником и свидетелем которых она стала. Но он не хотел тревожить ее душу, ведь он одиночка, и к чему ломать ей жизнь? Пусть у нее появится друг Кит, и пусть она никогда не узнает, что это всего лишь иллюзия
Кит вдруг осознал, что он летит в облаках! Заглянув в прозрачную синь воды, он увидел отражениекита! Того самого, какого он пожелал девушке! Ну и пусть! Но ведь она вряд ли когда-нибудь его узнает
Кит рассекал воздушную гладь, и чувствовал, что когда-то он умел это делать, и сейчас он вспоминал эти давно забытые им ощущения
А Айрадо, как завороженная, смотрела на эту картинку придуманного для нее сна, и Киту хотелось, чтобы он длился как можно дольше
И ей снился сон. Она, еще совсем девчонка, сидела на берегу океана. А он играл, переливаясь всеми цветами радуги, но преобладал голубой свет и океан сиял, и свечение лилось на него с небес. Бело-голубые облака, играющий океан, сияние и Айрадо. И почему-то ей не было одиноко, она ждала чуда потому что оно должно было появиться.
Как будто бутон цветка начал распускаться внутри нее девушка чувствовала, как восторг заполняет ее, и ей хотелось замереть, чтоб не спугнуть это состояние, чтобы запомнить это чувство. И оно появилось, это чудо! Не в океане, а в небе летали киты! Так не бывает? Кто сказал? Разве полет орла не напоминает плавание в ласковых потоках воздуха? Но это были не обычные, наши земные киты, это звездные обитатели далекого созвездия. А, может, этот сон занес ее в неведомую ей Вселенную? Они были прозрачны, им не надо было скрывать ни своих тайных замыслов, они были открыты и необычайно сильны. Но ни капельки страха а все нарастающий восторг от увиденного.
Девушке захотелось стать такой же открытой и такой же понятной, но разве это возможно на нашей Земле? Люди для того и изобрели язык, чтобы прятать за набором фраз свои настоящие мысли. И привыкают говорить не то, и даже думать не том, упуская самое главное. Но она точно знала то, к чему она прикоснулась в этом сне, никогда не забудет. И эта ставшая ей такой близкой и понятной планета еще не один раз позовет ее и она постарается быть достойной ее посещения.
А в жизни Айрадо отныне будет говорить то, что думаю и чувствую, и тем кому хочется это рассказать. Но промолчать тогда, когда чувствуешь неприятие, когда хочется облиться водой, чтобы смыть с себя пыль от общения с некоторыми представителями рода человеческого. Или вспомнить то голубое излучение, и очиститься пол ними, чтобы снова увидеть сон, который она увидела
Он шел по большому, широкому мосту. Он шел по белому-белому снегу, совершенно раздетый, но ему не было холодно, лишь искристые белоснежные снежинки слегка холодили ноги, и от этого хотелось идти и идти
Впереди все было таким ослепительно белым, что немного резало глаза а сзади него оставались следы. Он ушел от зелени, тепла, и теперь шел навстречу новому, неизведанному никому. Куда он мог идти? Сзади все так привычно, можно поваляться в мягкой травке, но он не мог вернуться назад, его тянуло только вперед до края.