Всего за 149 руб. Купить полную версию
Юлия! послышался грозный окрик.
Отец назвал её полным именем ничего хорошего это не предвещало. У неё зачесалось между лопаток, ещё одно предупреждение грядущих неприятностей. Там, откуда, по мнению людей, у ангелов растут крылья, у Юльки находился центр предчувствия всех невзгод.
Куда это, позволь поинтересоваться, ты намылилась в таком виде?
Юлька твёрдо знала, отец не позволит в обтягивающем топике, в бюстгальтере с бретельками, торчащими наружу, выйти на улицу. Скорее всего, слишком короткая юбка, едва прикрывающая ягодицы, тоже возмутила его. Но из упрямства всё же попыталась переубедить родителя.
Я в театральный кружок, на занятия. Папуль, сейчас все девочки так ходят.
Да мне плевать, в чём ходят другие! Их отцам, видимо, все равно, как выглядят их дочери. Он повысил голос. Я же тебя люблю. И мне не всё равно! Поэтому изволь снять эти тряпки. Я ещё спрошу у твоей матери, он бросил сердитый взгляд на жену. Откуда взялись эти вещи?
Ну, папа! Пожалуйста. У тебя устаревшие понятия. Почему всем можно так ходить, а мне нет?
Я сказал ты должна услышать. Или переодеваешься, или никакого кружка.
Юлька давно усвоила: с отцом бесполезно спорить, ныть или уговаривать, могло получиться только хуже. От обиды у неё задрожали губы. Её никто не понимает! Каждый норовит дать указания, никто не желает слушать её мнения. Что за жизнь такая? Злющая Юлька вернулась в комнату, сбросила с себя топик, швырнула на кровать. Синтетическая тряпочка, скользнув по покрывалу, упала в зазор между кроватью и стеной. Чертыхаясь, девочка отодвинула кровать, вытащила топик в паутине и пыли.
«Чёрт! отряхнула его. Обида на весь свет жгла душу. Везёт Инке, ей родители разрешают одеваться по-современному, я же, как монашка, должна ходить. Когда у меня появится дочка, я не стану ей запрещать. Наоборот пойму и поддержу. И вообще буду самой продвинутой и современной мамой».
Юлька одела футболку с дурацкими рукавами «фонарик». Она чуть нагнулась, чтобы взять с полки бриджи, в зеркале напротив шкафа заметила, как мелькнули из-под короткой юбки трусики. Да уж! Не хотела бы, неловко повернувшись, светить детским бельём. А как ещё назвать это безобразие? Такое бельё она носила с детства, только размер менялся. Юлька давно пыталась убедить мать: ей пора переходить на современные вещи, например стринги. Но та даже думать запретила о них.
«Девочке-подростку вредно ходить в них. Твоё здоровье важнее сиюминутной моды. Ты сама мне потом спасибо скажешь», заявила мать, отбирая вожделенное шёлковое чудо со стразами, которое дочь выбрала в магазине.
«Как же скажу, думала Юлька, какой вред может быть от такой красоты?»
Она видела: большинство одноклассниц, переодеваясь на занятия по физкультуре, щеголяли в стрингах. А она, и ещё пара тройка девочек носили обычное бельё. Честно говоря, ей не очень нравилось, что любительницы стрингов светили голыми попами, но сам факт: им можно, а ей нельзя, доводил Юльку до белого каления. Со вздохом глянула на себя в зеркало совершенно обыденный вид. Серёжка сто раз видел её в этом наряде, второй раз и не посмотрит. Она тоже до какого-то времени не обращала на него внимания. Многих одноклассников, как облупленных, Юлька знала ещё с детского сада. Хоть и находилась в нём всего полтора года, успела перезнакомиться со всеми воспитанниками. Они стали для неё привычны и неинтересны. И Серёжку Антонова она бы не замечала, если бы он вдруг не стал пользоваться популярностью у «бэшек». Девочки с параллельного «Б» подкарауливали Антонова у входа в школу, передавали ему записки на переменах. Юлька пригляделась и обнаружила: Сергей и правда похож на принца. Теперь оставалось чем-то поразить его, чтобы он тоже её отметил. Только вот чем? Она вышла из своей комнаты и через затворённую неплотно дверь, услышала разговор родителей.
Как ты могла купить подобное уродство дочери? ворчал отец.
Мама возмутилась.
Я не покупала.
Тогда откуда у неё эти возмутительные вещи? Дочь выглядела, как голос отца дрогнул.
Юлька знала, он никогда не назовёт её плохим словом и с любопытством навострила уши. Как же отец выкрутится?
Как возмутительница спокойствия.
«Да уж, хмыкнула возмутительница спокойствия, с фантазией у папули так себе».
Юлька громко хлопнула дверью своей комнаты. Родители выглянули в коридор.
Я переоделась. Теперь могу идти?