Всего за 364.9 руб. Купить полную версию
Лучшей жены у тебя не будет, Илюша. Я всё умею. Кохать тебя буду. А ты спасёшь заблудшую душу. Доброе дело тебе зачтётся на том и этом свете!
А если я не подпишу договор? на всякий случай поинтересовался казак. Что тогда будет?
Всё равно ты будешь мой. Если не подпишешь, будем вместе лежать в могиле. Выбирай.
А как же твой бывший хозяин?.. Илья побоялся произнести вслух имя Сатаны, лишь показал пальцем в землю и перекрестился.
Я дала обет пятьдесят лет отслужить ему. Этой ночью срок истёк. Теперь я хочу отмолить свою душу. Помоги мне, Илья!
Призадумался казак. Страх ушёл. Что и говорить, Марья краса всем на зависть. Да и жениться срок уж подошёл. С другой стороны, доброе дело он совершит этим поступком поможет покаянию грешницы. Да и в своих глазах выше станет, ведь жениться на ведьме может только самый лихой казак!
Согласен, Марья! Вот моя рука! Протянул руку Илья, а Марья надела ему на палец кольцо, которое снова засияло золотом.
Только обвенчаться в церкви нам нужно этой ночью, говорит Марья.
К чему такая спешка? удивляется Илья, разглядывая золотое кольцо на пальце.
Только одна ночь дана мне для земной жизни после пятидесяти долгих лет скитаний. И если не полюбишь ты меня этой ночью как супругу верную, Илюша, ждёт меня и тебя могила сырая навечно.
Не бывать такому! воскликнул Илья. Чтобы такую красоту и в могилу! Отдам отцу Михаилу всё, все свои деньги и хату в придачу он нас обвенчает! Поехали! Но, чур, условимся: ты не будешь меня по ночам пугать.
А ты меня ласково по имени назови, я и не буду, Илюша. Нам ведь с тобой придётся друг друга беречь. Потому что, когда уйдёт из жизни один, уйдёт и другой. Мы с тобой кольцом повязаны. И пообещай, что никогда не попрекнёшь меня тем, что я старше тебя на пятьдесят лет.
Как же я тебя попрекну? Ты молода, красива. А сколько тебе было тогда?..
Девятнадцать. Как и сейчас А ты, главное, ничего не бойся, Илюша. Лишь верь мне
На ведьме женюсь, чего уж теперь бояться? Ещё один вопрос: а бывают бывшие ведьмы?
А это, Илюша, от мужчин зависит. Они могут делать женщин ведьмами, а могут и прекрасными жёнами.
И то ладно. Едем в храм!
Наутро товарищи пришли к Илье, чтобы похмелиться. Хата была открыта. Хозяина и его гостьи нигде не было. И конюшня Бандита пустовала.
А по хуторам прошёл слух, будто в ночь исчезновения казака Ильи в станичном храме до самого утра горели свечи. Но отец Михаил на все расспросы только отмалчивался.
С тех пор прошло много лет. Илья так и не объявился в родном хуторе. Говорили разное: что убила его ведьма Марья; что уехал Илья в дальние края и увёз Марью с собой; что погиб Илья на Германской войне, потом на Гражданской; после говорили, что видели Илью с красавицей женой аж в самой столице.
Но совершенно точно известно одно: молодые казаки в окрестных хуторах умирать перестали.
Юлия Беанна
Москва
Осколки (2)
Слышат ли нас те, кто ушёл? Я размышляю об этом каждый раз, когда вспоминаю о Майке. И очень хочу верить, что да.
Сегодня я ездила в церковь. В последние несколько лет я посещаю её каждое воскресенье. По дороге домой я, как обычно, видела реку. Ту самую реку. Мы с младшим братом часто проводили летние часы на её высоком берегу. Он обожал наблюдать за утками и кормить их крошками хлеба. Утром мы покупали свежую булку, а затем отправлялись к птицам с угощением. Они быстро привыкли к нам и стали воспринимать словно родных, дружно подплывая к берегу, лишь только мы приближались. Мы тоже относились к ним как к старым друзьям и даже стали отличать их друг от друга по мордочкам. Майк заливисто смеялся, когда крошил булку, и любил подражать кряканью, воображая, что изучил утиный язык и может запросто общаться с ними. Это были незабываемые дни, полные беззаботности. Сейчас я понимаю, что не стоило радоваться этому времяпровождению, ведь оно послужило началом тому, что в конце концов погубило моего братика. В этой жизни никогда не знаешь, чему надо радоваться, а чему печалиться, поскольку самое хорошее может внезапно обернуться горем, равно как и наоборот.
Однажды Майк кормил уток и подошёл совсем близко к краю реки. Я сказала ему, чтобы он вёл себя поосторожнее, так как почва у берега бывает вязкой и можно легко поскользнуться. Однако брат был настолько увлечён кормлением, что не обратил внимания на мои слова. Внезапно он пошатнулся, и мне показалось, что он оступился и сейчас свалится вниз. Я стремглав подскочила к нему и схватила за плечи, но Майк улыбнулся мне. Я испуганно спросила, не споткнулся ли он, на что Майк, не переставая улыбаться, ответил, что с ним всё в порядке, он просто засмотрелся на отражение. Я взглянула вниз водная гладь колыхалась, будто бы река недовольно морщила свой лоб. Тут я заметила, что брат сжимает в руке нераскрошенный кусок булки, не думая скармливать его птицам, которые выжидающе смотрели и тянули шейки вверх. Мальчик словно прочёл мои мысли и добавил, что утки уже наелись, и лучше он покормит своё отражение. Я засмеялась и сказала, что отражению не нужна еда, так как оно ненастоящее. Но Майк не дал мне договорить, а довольно резко оборвал, серьёзно заявив, что мальчик в речке выглядит голодным и просит есть. Я посмотрела на отражение Майка и быстро отвела взгляд. Мне почудилось, что мальчик в воде не мой брат, а другой ребёнок, живущий собственной жизнью. Я взяла Майка за руку и увела подальше от берега. Он попытался сопротивляться, но я твёрдо сказала ему, что не надо смотреть на отражение, а лучше наблюдать за утками и изучать цветы, растущие в парке. Майк нехотя кивнул, хотя в его глазах я прочла отчуждение и нежелание прислушиваться к моим словам. Я положила руки ему на плечи и легонько встряхнула его, но отсутствующее выражение лица мальчика не изменилось казалось, что он спит и не может проснуться.