Всего за 399 руб. Купить полную версию
В законопроекте не раскрыт подробно вариант использования сверхдоходов на погашение государственного долга. Тут следует обратить внимание на то, что значительная часть обязательств по внешнему государственному долгу приходится как раз на те государства, которые участвуют в санкционной войне против России. Думаю, что погашение (и даже обслуживание) государственного долга перед такими государствами следует «заморозить» в силу того, что санкции Запада против России нелегитимны с точки зрения международного права и их следует рассматривать как «форс-мажор» («обстоятельства непреодолимой силы», дающие основание для приостановки выполнения обязательств).
А вот последний вариант (направление сверхдоходов на реализацию иных приоритетных мероприятий) просто признан сделаться основным. Самым «приоритетным мероприятием» государства может и должна стать программа «Индустриализация 2.0». Как и та индустриализация, которая проводилась в СССР в 1930-е гг. прошлого столетия, новая должна решить две основные задачи: 1) достижение экономической самодостаточности и независимости России (что сделает ее неуязвимой перед любыми санкциями и блокадами Запада); 2) укрепление обороноспособности России. В этой связи следует вспомнить принятый в 2014 году Закон «О стратегическом планировании в Российской Федерации» (от 28.06.2014 172-ФЗ), и разработать с учетом нынешних реалий новые версии Стратегии национальной безопасности Российской Федерации, Стратегии социально-экономического развития Российской Федерации и ряда других документов стратегического планирования.
Нынешняя санкционная война это надолго. Логика такой войны неизбежно потребует принятия целого ряда шагов по переходу от модели «рыночной» экономики к модели «мобилизационной». Такие шаги принимались в Советском Союзе в 1920-е и 1930-е гг. Среди них введение государственной монополии внешней торговли и государственной валютной монополии. Об этом можно прочитать в моей книге[19].
Очевидно, что даже если немедленно будут приняты решения об упомянутом переходе от «рыночной» экономики к «мобилизационной», их практическая реализация потребует напряженной работы по перестройке экономики в течение двух-трех лет. Экспортные доходы России могут сократиться. Но все-таки выручка в ключевых валютах (доллары США, евро и др.) будет поступать. Что с ней делать? До тех пор пока не появятся программы закупок машин, оборудования и технологий, такая валютная выручка должна поступать в международные резервы РФ. Но, несмотря ни на что, глубокое хранение валюты в резервах недопустимо. Она должна немедленно конвертироваться в золото путем закупок драгоценного металла на мировом рынке.
Международные резервы России под санкциями: «заморозка» или «конфискация»?
Среди ограничительных мер, которые коллективный Запад начал вводить против России в связи с военной операцией в Украине, наиболее серьезной является санкция в отношении международных резервов РФ. И в российских, и в зарубежных источниках указанную санкцию обозначают разными словами: «заморозка», «блокировка», «арест», «конфискация». У каждого из этих обозначений есть свои смысловые и юридические оттенки. Первые три из названных слов близки по своему юридическому смыслу, они предполагают закрытие доступа к резервам их владельцу (РФ и Банку России) на определенное время с возможностью восстановления этого доступа в будущем. А вот слово «конфискация» означает «лишение владельца имущества, необратимое его отчуждение».
В официальных документах США, ЕС, других стран коллективного Запада слово «конфискация» применительно к резервам РФ не употребляется. По крайней мере, пока. Другое дело, как подчеркивают отдельные политики и государственные чиновники, что «заморозка» резервов необходима, но недостаточна. Нужна именно конфискация.
Напомню, что накануне «заморозки» по состоянию на 25 февраля резервы России составили 643,2 млрд долларов. К началу марта у РФ, как сообщил Банк России, остался доступ лишь к валютным резервам в юанях и к золотым резервам. В «заморозке» оказались резервы, равные, по разным оценкам, от 300 до 400 млрд долларов.
Примечательно, что наиболее настойчиво на конфискации настаивают не в Вашингтоне или Брюсселе, а в Киеве. Регулярно те или иные украинские политики и чиновники (большинство из которых уже не в Киеве) призывают коллективный Запад конфисковать те российские резервы, которые сейчас находятся под «заморозкой». Так, 16 марта премьер-министр Украины Денис Шмыгаль сообщил, что их страна уже понесла в ходе войны ущерб, равный 565 млрд долларов. Он заявил, что этот ущерб должен покрываться за счет репараций, которые обязана платить Россия. Надо понимать, что в качестве репараций сгодятся и средства замороженных российских резервов.