Всего за 489 руб. Купить полную версию
Сталин: «Нет, это не главная причина. Главная причина в историческом развитии исторические связи европейских масс с буржуазной демократией. Затем, в особом положении Европы европейские страны не имеют достаточно своего сырья, угля, шерсти и т. д. Они рассчитывают на колонии. Без колоний они не могут существовать. Рабочие знают это и боятся потерять колонии. И в этом отношении они склонны идти вместе с собственной буржуазией. Они внутренне не согласны с нашей антиимпериалистической политикой. Именно поэтому необходима терпеливая разъяснительная работа и правильный подход к ним. Нужна постоянная борьба за каждого рабочего. Мы не можем сразу и очень легко перетянуть на свою сторону миллионы рабочих в Европе.
Миллионные массы имеют стадную психологию. Они действуют только через избранников, через своих вожаков. Когда они теряют доверие к своим вожакам, тогда чувствуют себя бессильными и потерянными. Они боятся потерять своих вожаков. И поэтому рабочие социал-демократы следуют за своими вожжами вопреки своему недовольству ими. Они бросают этих вожаков, когда появляются другие, хорошие. А для этого нужно время». Мануильский (в это время Секретарь ИККИ), сказал Сталин «не понимает этого. Каждый год он предсказывает пролетарскую революцию, но она не приходит. Однажды он докладывал о восстании в одном поселке, который никак не могли найти на карте»[21]
Таким образом, при решении этого вопроса И. В. Сталин, что очень важно, учитывал и природно-географический фактор, и фактор социальной психологии, рождавший настроения шкурничества, националистичности, иждивенчества, склонность требовать жертв в свою пользу, наличие и силу мелкобуржуазных настроений в пролетариате капиталистических стран.
Перед Коминтерном ставится задача защиты СССР, как первой и пока что единственной страны, в которой осуществляется сложнейший процесс социалистического преобразования общества. В программе Коминтерна (1928 г.), в работе над которой активное участие принимал И. В. Сталин, была представлена отличная о прежних, оценка процесса развития мировой социалистической революции не революционный взрыв в ряде развитых капиталистических государств, вызывающий быстрое распространение мировой революции на другие страны. Теперь считали, что это будет достаточно медленный процесс, означающий, что СССР придется в течение длительного времени существовать в условиях окружения более и менее развитых капиталистических государств: «Проект, говорил И. В. Сталин исходит из неравномерности развития стран капитализма и делает вывод о возможности победы социализма в отдельных странах, приходя к перспективе образования двух параллельных центров притяжения центра мирового капитализма и центра мирового социализма»[22].
Политический смысл всей этой переориентации признание факта сосуществования государств с различным социальным строем. В этих условиях каждая революция делает максимум для укрепления своих позиций внутри страны и в меру возможностей для мировой. Эта позиция предполагает проведение политики сохранения международного мира. Сталин уже в 1923 г. показал себя сторонником этой концепции, когда не согласился с предложениями Троцкого, настаивавшего на помощи Германии и упрекавший Сталина за то, что он не захотел пойти на риск.
Но осенью 1929 г. начался мировой экономический кризис, и угроза войны обострилась, поэтому И. В. Сталину пришлось несколько развернуть проблему предстоящей войны, акцентируя внимание на ее оборонительном характере войны. В этих условиях и появляется новый лозунг по линии внешней политике оборона, который в 1930 г. формулирует так: ни пяди чужой земли не хотим мы, но и своей земли, своей земли мы не отдадим никому ни вершка.
Теперь И. В. Сталин обеспечивал признание в СССР своего курса как генеральной линии во внешней политике. «Каждый раз, говорил он в докладе XVI съезду ВКП(б), когда капиталистические противоречия начинают обостряться, буржуазия обращает свои взоры в сторону СССР: нельзя ли разрешить то или иное противоречие капитализма, или все противоречия, вместе взятые, за счет СССР, этой цитадели революции»[23]. «Наша политика есть политика мира», говорил он, и заявил, что «эту политику мира будем вести и впредь всеми силами, всеми средствами» и конкретизировал ее, сказав: сделав, что «Ни одной пяди чужой земли не хотим. Но и своей земли, ни одного вершка своей земли не отдадим никому»[24]. Эта установка прошла через все 1930-е годы и отразилась в чеканной фразе песни из кинофильма «Трактористы»: «чужой земли мы не хотим ни пяди, но и своей вершка не отдадим».