Всего за 341 руб. Купить полную версию
Наряду с репрессиями в отношении «врагов народа», членов их семей, в 19371938 годах были проведены так называемые национальные операции, имевшие своей целью борьбу с «пятой колонной». Преследованию подверглись, прежде всего, представители национальностей, чья историческая родина представляла для СССР угрозу и опасность, а также сопредельных с ней стран. Одной из первых и самой массовой стала «польская» операция. 11 августа 1937 года оперативный приказ НКВД СССР 00485 санкционировал проведение операции против «польской разведки»[72]. В 19371938 годах было репрессировано около 140 тысяч поляков или граждан, имевших какие-либо связи с Польшей[73]. Еще одна широкомасштабная операция «немецкая» началась в июле 1937 года. Оперативный приказ НКВД СССР 00439 от 25 июля 1937 года предписывал арестовать всех немцев, работавших на оборонных заводах[74]. Затем в репрессивной практике преследованиям подверглись десятки тысяч немцев, трудившиеся в различных сферах и проживавших на всей территории СССР. По «немецкой» национальной операции было осуждено в 19371938 годах 37,738,3 тысячи немцев[75].
В 1935 году советское правительство продало Манчжоу-Го Китайско-Восточную железную дорогу. Многие рабочие и служащие, обслуживавшие КВЖД, вернулись в СССР. Органы госбезопасности активно вели их разработку. В оперативной отчетности они проходили как харбинцы, т. к. г. Харбин, построенный вместе с железной дорогой в Маньчжурии, являлся центром китайской провинции и железнодорожным узлом, где работало большинство советских специалистов[76]. 20 сентября 1937 года вышел Оперативный приказ НКВД СССР 00593, направленный против «террористической диверсионной и шпионской деятельности японской агентуры из так называемых харбинцев»[77]. В 19371938 годах практически все харбинцы были арестованы и репрессированы по обвинению в шпионаже в пользу Японии. В эти годы в СССР было арестовано 52 906 «японских шпионов»[78].
Наряду с операциями против поляков, немцев, харбинцев, проводились и другие национальные репрессивные акции. Перечислим национальности, подвергшиеся гонениям в 19371938 гг.: финны, латыши, эстонцы, румыны, греки, иранцы, иранские армяне, болгары, китайцы, македонцы, чехи, афганцы[79].
Всего по национальным операциям с августа 1937 по октябрь 1938 года было осуждено 366 тысяч человек, из них приговорено к высшей мере наказания 173 тысячи[80].
В 1937 году была осуществлена первая[81] накануне Великой Отечественной войны крупномасштабная депортация. Постановлениями Политбюро ЦК ВКП (б) от 21 августа и 23 сентября 1937 года была решена судьба корейцев, которых насильственно переселяли в Казахстан и Узбекистан с целью «пресечения проникновения японского шпионажа в ДВК»[82]. По состоянию на 25 октября 1937 года из Дальневосточного края было выселено 124 эшелона с корейцами в составе 36 442 семей, 171 781 человек[83].
Как видно из приведенных фактов, «волны»[84] репрессий захлестнули всю страну. Никто не был застрахован от преследований. Во второй половине 1938 года в обществе бытовало мнение, что в СССР только пять человек, которым не страшна «ежовщина» (И. В. Сталин, В. М. Молотов, К. Е. Ворошилов, Л. М. Каганович и Н. И. Ежов)[85]. Правда, Н. И. Ежова, в конце концов, расстреляли, а у некоторых членов «пятерки» в ходе репрессий пострадали близкие.
Террор был остановлен постановлением СНК СССР и ЦК ВКП (б) «Об аресте, прокурорском надзоре и ведении следствия» от 17 ноября 1938 года, в котором формально многое в деятельности НКВД подвергалось критике.
Огромны были масштабы государственного террора. По имеющейся статистике, с 1921 по 1940 гг. за контрреволюционные и другие особо опасные государственные преступления было осуждено 3 080 574 человека, из них 1 344 923 в 19371938 гг. или 43,66 %[86]. Т. е. за два «рекордных» года было осуждено «контрреволюционеров» почти столько же, сколько за предыдущие и последующие восемнадцать лет. Из общего количества осужденных 1 344 923 человек к высшей мере наказания было приговорено 681 692 или 50,69 %[87].
Каждый второй из осужденных по политическим мотивам в 19371938 гг. был расстрелян[88].
«Население» лагерей, колоний и тюрем в эти годы заметно выросло. Только за 1937 год количество всех заключенных (уголовных и политических) в ИТЛ и ИТК ГУЛАГа увеличилось на 685 201 человек[89]. Доля заключенных, осужденных за контрреволюционные преступления, в 19371938 гг. существенно возросла и составила на 1 января 1939 года только по ИТЛ 34,5 % от общей численности отбывавших наказание[90].