Всего за 114.9 руб. Купить полную версию
«Подвенечная одежда использовалась в ответственнейшие моменты всей дальнейшей жизни человека вплоть до смерти. Ей приписывались целебные свойства. Она употреблялась при тяжелых родах, болезни и в других случаях. Жених под венцом должен был быть в рубашке, изготовленной руками невесты В некоторых местах невеста, чтобы муж любил ее, после бани вытирала свое лицо приготовленным для жениха бельем или сначала надевала рубаху на себя», пишет Г. С. Маслова (Маслова Г. С. Народная одежда С. 42). Подвенечная рубаха невесты, которой придавалось особое значение, изготовлялась только в строго определенные дни; в причитаниях невесты говорится: «тонку-белу сорочечку по три ноченьки вышивала в перьву ноченьку христовськую, во другую во иваньиньскую, в третью ноченьку петровськую» (Маслова Г. С. Народная одежда С. 41).
У восточных славян до XIX в. сохранилось большое количество обрядов с брачной рубашкой невесты. Обряды с брачной рубашкой (калинкой), как считает Г.С.Маслова, «имели значение не только и даже не столько для брачащейся пары, сколько для всего коллектива, так как он принимал в этих обрядах самое активное участие» (Маслова Г. С. Народная одежда С. 43).
Е. Г. Катаров считал, что обряды с «целошной» рубахой связаны с представлениями о заключенной в ней силе, способствующей повышению урожайности хлебов. Здесь имеет смысл вспомнить о том, что постель новобрачных устраивалась на снопах, соломе, на гумне или в амбаре, т. е. там, где обрабатывались и хранились зерновые продукты. Венчальная рубаха, сохранявшаяся всю жизнь, иногда служила и погребальной. В целом костюм молодой первого года замужества, как и ее рубаха, отличался особой нарядностью. По обилию декора с подвенечной рубашкой могли соперничать только рубахи-сенокосницы, в которых выходили на первый покос, и рубахи-подольницы, надеваемые в Егорьев день на первый выгон скота в поле. И на сенокос, и на выгон скота наиболее нарядные рубашки надевали молодухи первого года замужества. Именно они начинали первыми ворошить сено на покосе или отправлялись на реку за водой в день первого выгона, чтобы коровы лучше доились. Рубахи-сенокосницы обязательно надевали без сарафана, с поясом. Основной декор был сосредоточен по их подолу, в широкой орнаментальной вышитой или тканой полосе.
Большую роль играла рубаха также в родильной и крестильной обрядности. Так, новорожденного принимали на венчальную рубаху отца, после обряда крещения младенца заворачивали в венчальную рубашку отца или матери, в зависимости от того, мальчик это или девочка. Во Владимирской губернии в знак того, что молодую мать и ребенка можно навещать, у бани вывешивали рубаху роженицы (Маслова Г. С. Народная одежда С. 42).
Венчальные, родильные, сенокосные рубахи отличались исключительным обилием декора, что связано с древнейшими, уходящими вглубь тысячелетий представлениями о магической охранительной силе орнамента. Об архаическом русском орнаменте писал в XIX в. известный исследователь русской культуры В.В.Стасов: «В орнаменте русской вышивки лежат драгоценные и покуда еще не тронутые материалы для изучения разных сторон древнерусской национальности» (Стасов В. В. Русский народный орнамент. Вып. I. СПб., 1872. С. IV). И это действительно так. Русская вышивка и браное ткачество уже более столетия привлекают к себе самое пристальное внимание. В работах академика Б.А.Рыбакова, особенно в его исследованиях о язычестве древних славян и Древней Руси, красной нитью проходит мысль о бесконечных глубинах народной памяти, консервирующей и проносящей через века в образах вышивки, ткачества, росписи, резьбы, игрушке древнейшие представления, уходящие своими корнями в глубины времени.
Б.А.Рыбаков считает, что истоки многих орнаментальных мотивов, доживающих в русском крестьянском искусстве вплоть до конца XIX начала XX вв., надо искать на заре человеческой цивилизации. Отдаленность от государственных центров, относительно мирное существование, обилие лесов и защищенность многих населенных пунктов болотами и бездорожьем все способствовало сохранению и консервации древних форм быта и хозяйства, бережному отношению к вере отцов и дедов и, как следствие этого, сохранению древнейшей символики, зашифрованной в орнаментах вышивки и ткачества. Особый интерес представляют образцы браного ткачества и вышивки рубежа XIX XX вв., происходящие из восточных и северо-восточных районов Вологодской и соседних районов Архангельской области. Такие орнаменты украшали лишь сакрально отмеченные вещи: женские рубахи (подолы, оплечья, зарукавья), передники, головные уборы, пояса, полотенца, подзоры для свадебных простыней, скатерти. «Отложение в вышивке очень ранних пластов человеческого религиозного мышления объясняется ритуальным характером тех предметов, которые покрывались вышитым узором Таковы подвенечные кокошники невест, рубахи, накидки на свадебные повозки и многое другое. Специальным ритуальным предметом, давно обособившимся от своего бытового двойника, было полотенце с богатой и сложной вышивкой. На полотенце подносили хлеб-соль, полотенца служили вожжами свадебного поезда, на полотенцах несли гроб с покойником и опускали его в могилу. Полотенцами увешивали красный угол, на полотенце набожнике помещали иконы» (Рыбаков Б. А. Язычество древних славян. М.: Наука, 1981. С. 471).