Всего за 0.01 руб. Купить полную версию
Надежда на логику, способную неукоснительно давать всё новые и новые результаты, длительное время вдохновляла апологетов рационально развивающейся науки. Тысячелетиями доминировали традиционные представления об эмпирическом пути познания как единственном, а сутью любого исследовательского процесса был простой перебор нескольких опытных вариантов, обобщение и только затем вывод каких-либо закономерностей. Однако все новейшие открытия двух последних столетий были сделаны отнюдь не методом «проб и ошибок», а посредством интуитивных гипотетических предположений, пришедших как бы из ниоткуда (заметим, что как раз ИИССИИДИОЛОГИЯ вполне логично объясняет, откуда они приходят). Только после на более примитивных уровнях мышления все эти гипотезы подвергались анализу и логически организовывались во всевозможные опыты и эксперименты.
Стало понятно, что эффективность процесса научного познания зависит от проявления в сознании учёного какой-либо идеи в виде внезапного откровения или непостижимой умом догадки. Это и есть интуиция: «прямое, непосредственное усмотрение истины, в отличие от опосредованного рассудочного познания. Полученное интуитивным путем знание сразу предстаёт как простое, ясное, очевидное это высший вид интеллектуального познания, когда человек одновременно и мыслит, и созерцает»3.
Но вернёмся к освещению рассматриваемого нами вопроса (о месте интуиции в процессе познания) с точки зрения медицины. В зависимости от специализации медика-исследователя явление интуиции трактуется по-разному. Разный подход к её «симптоматике» и «этимологии» присутствует как у психиатров, нейрофизиологов, педиатров, генетиков, травматологов и сомнологов, так и у врачей общей практики. И если философам и психологам характерна больше описательная методика анализа с акцентом на идеалистическом подходе даже с некоторым мистицизмом, то медицинский подход более рационален.
В качестве переходного звена между этими крайними точками зрения можно рассматривать определение интуиции, которого придерживались психиатры школы Фрейда и особенно Юнга, называя её «вторжением бессознательных содержаний в сознание» (часто на фоне диссоциации в психике). Отмечая в основном наличие пассивной фантазии, Юнг не отрицал возможность и активной её формы интуитивной, которой не соответствует никакая внешне объективная деятельность. Такую интуицию он относил к высшим проявлениям человеческого духа и объяснял в своей теории о влиянии врождённого бессознательного присущим всему человечеству стремлением к творческому самовыражению и физическому совершенству.
Именно коллективное бессознательное, складывающееся благодаря наследственности и являющееся одинаковым для всего человечества, является, по мнению Юнга, источником такого специфического метода познания, как интуиция, которая позволяет перескакивать через длительные этапы сложных логических рассуждений и умозаключений, благодаря чему возникает иллюзия прямого усмотрения искомого вывода. Оно же, коллективное бессознательное, является источником опыта «ассоциативно обобщённой и логически проанализированной определёнными центрами головного мозга фиксации в долговременной памяти каждого текущего момента Жизни, который личность может ассоциативно вспомнить»4.
Логика Юнга и последователей его школы приводит к мысли о том, что если большая часть из обширнейшего потока информации, получаемой человеком, не находится в структурах его памяти в активном режиме, то в случае активации она и может рассматриваться как интуитивный посыл. Более того, информация, полученная и как бы неосознанная в раннем детстве, играет немаловажную роль в регулировании поведения уже сложившейся личности, прочно закрепившись в глубинах психики как неосознаваемая. Такой источник интуитивного познания называется у психологов термином «криптогноз» временно неосознаваемое знание, полученное от непосредственного взаимодействия человека с объективным миром, включающее в себя весь предшествующий опыт субъекта, но не используемый им ранее.
На основании такого подхода к причинам возникновения интуиции можно сделать очередной вывод о том, что же представляет собой явление интеллектуальной интуиции. Это особый вид непосредственного знания, основанный на предшествующем неосознаваемом опыте, опосредованный общественной практикой человечества и являющийся результатом внезапного иррационалистического усмотрения истины без предшествующего логического анализа и вытекающего из него доказательства на очередном этапе научного исследования.