23
Многие годы в российской и западной историографии идет дискуссия об альтернативах нэпу. Для одних победа СССР во Второй мировой войне является доказательством эффективности и целесообразности выбранной сталинским руководством модели индустриализации и оправданием жертв, которые принесли советские люди в 1930е годы. Другие считают, что тех же или почти тех же экономических результатов страна могла бы достичь, используя рыночные отношения, избегая форсирования и репрессий, нивелировавших достигнутые успехи. Среди работ, авторы которых предприняли попытки моделирования результатов экономического развития на основе продолжения экономики нэпа, см.: Аллен Р. С. От фермы к фабрике: Новая интерпретация советской промышленной революции / Пер. с англ. М., 2013; Hunter H., Szyrmer J. Faulty Foundations. Soviet Economic Policies. 19281940. Princeton, 1992 (перевод одной из ключевых глав этой книги и материалы ее обсуждения даны: Отечественная история. 1995. 6); Бородкин Л. И., Свищев М. А. Ретропрогнозирование социальной динамики доколхозного крестьянства: использование имитационно-альтернативных моделей // Россия и США на рубеже XIXXX вв. М., 1992.
Как и всякий спор типа «что было бы, если бы», эта дискуссия не имеет конца и, видимо, победителей. Не оспаривая необходимости индустриализации, я вслед за многими авторами ставлю под сомнение эффективность методов, которыми она проводилась в СССР. Для сферы торговли и потребительского рынка форсированная индустриализация имела плачевные последствия. Население любой страны в период промышленной революции затягивает пояса потуже, но советские люди заплатили за нее массовым голодом. Более того, вопреки мнению тех, кто считает, что индустриализация вызвала хотя и тяжелые, но кратковременные последствия, следует сказать, что и в долговременной перспективе она оказалась неэффективной. В результате выбранной модели индустриализации в СССР установилось господство плановой централизованной экономики, которая не выдержала экономического соревнования с западной рыночной моделью.
24
В 1930м по сравнению с 1928 годом товарная промышленная продукция выросла на 40%, но рыночный фонд при этом увеличился всего лишь на 26%, остальной прирост пошел на внерыночное потребление (Рубинштейн Г. Л. Развитие внутренней торговли в СССР. С. 349, 355356; Дихтяр Г. А. Советская торговля в период построения социализма. С. 268, 404).
25
Наркомат торговли был создан в 1924 году на базе Комвнуторга (Комиссия по внутренней торговле при СТО). В 1925 году объединен с Наркоматом внешней торговли в единый Наркомат внешней и внутренней торговли. В 1931 году, в связи с введением всесоюзной карточной системы, Наркомторг был преобразован в Наркомснаб, а в 1934м, в связи с подготовкой перехода к открытой торговле, на базе Наркомторга было создано два новых наркомата Наркомат пищевой промышленности и Наркомат внутренней торговли. В 1938 году Наркомат внутренней торговли был переименован в Наркомат торговли.
26
Британский историк Марк Харрисон, например, считает, что «мобилизационная концепция планирования» доминировала в советской экономике 1930х годов, что облегчалось сталинской политической системой. Хотя не исчезала и «концепция планирования как средства достижения социально-экономического равновесия». Последняя усиливалась в периоды, следовавшие за приступами форсирования, для ликвидации ущерба, нанесенного экономике страны. В свою очередь, нормализация положения подготавливала наступление нового витка мобилизации экономики (Harrison M. Soviet Planning in Peace and War, 19381945. Cambridge, MA, 1985. P. 35).
27
Капитальные вложения в промышленность в 1926/27 году выросли почти на треть. Главную ставку Политбюро делало на развитие металлургии и угольной промышленности. Инвестиции в строительство новых индустриальных объектов увеличились более чем в два раза.
28
Государство не случайно стимулировало отечественное производство технического сырья. Промышленность работала на импортном сырье. В 1928 году на ввоз хлопка, например, страна потратила 150 млн, на шерсть 70 млн, на кожсырье 40 млн руб. золотом. Дальнейшее развитие промышленного производства требовало еще больших расходов. Между тем валютные ресурсы в стране были ограниченны. Страна остро нуждалась в собственной сырьевой базе (РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 2. Д. 514. Л. 23).